Западня Туманных гор

Не будешь возражать, если я не стану пытаться снова?

Брови ее взлетели вверх.

– Я так понимаю, это шутка?

– Ничуть. Поверь, ничего смешного в этом нет. – Боль в запястьях опять вернулась. Он каждый раз вздрагивал от воспоминаний. Возможно ли когда-то забыть об этом?

– Ты замерз?

Вопрос вызвал горький смех.

– А ты как думаешь?

Она нахмурилась, отступила в сторону и распахнула дверь:

– Заходи, пока совсем не окоченел.

Кейд подхватил сумку с одеждой из магазина подержанных вещей и медленно двинулся за ней, не сводя глаз с оружия.

Из комнаты на него повеяло расслабляющим теплом, окутавшим его, стоило переступить порог. Кейд поспешил захлопнуть за собой дверь, чтобы не впускать холодный воздух.

Внезапно шеи коснулось ледяное дуло.

– Подними руки и положи на стену, чтобы я могла их видеть. – Голос Оливии был строгим, но спокойным. – И ноги раздвинь.

– Я вооружен, – предупредил он ее и отбросил сумку в сторону.

– Не сомневаюсь. – Она принялась быстро ощупывать его, чуть замедлившись у талии. Неожиданно его охватила приятная волна возбуждения. – А ты похудел.

– Питание не всегда было калорийным.

Она обнаружила пистолет в пристегнутой к ноге кобуре.

– Где ты был?

– Где только не был. Я могу повернуться?

– Да.

Оливия вытаскивала патроны из магазина его пистолета Кел-Тек П-11, мешок с одеждой лежал у ее ног.

– Думаешь, это необходимо? – кивнул он в сторону рассыпанных на столе патронов.

– Сейчас да. – Она достала патрон из патронника и положила к остальным. Холодные синие глаза смотрели прямо на него. – Зачем ты пришел сюда?

– И я рад встрече, Шарп. Давно не виделись.

Она покачала головой и прищурилась.

– Ты исчез больше года назад, когда работал под прикрытием с Макенной Ригсби, и возникли проблемы. Один агент из числа предателей погиб, и все сбились с ног, пытаясь найти тех, кто мог быть с ним связан. Ты первый в списке.

– Знаю.

– И все же ты пришел. Думаешь, я закрою глаза на тот факт, что ФБР мечтает тебя допросить?

Оливия, когда злилась, становилась еще прекраснее. Глаза приобретали удивительный оттенок, а все пространство вокруг наполнялось энергией. Повинуясь порыву, он сделал шаг вперед: – Ливи…

– Не смей! – Она вскинула руку. – Не смей так меня называть.

– Я понимаю, ты многое хочешь понять, но я два часа из последних сил крутил педали. Я устал и замерз.