Каюсь. Том 2

А вот облагородить самое время, – сделал он комплемент и кивнул на бардачок, отчего у меня тут же забилось сердце в предвкушение. – Достань, там для тебя кое-что есть.

Среди бумаг лежал небольшой фирменный пакет с логотипом Chopard. Дрожащими руками я достала красную, кожаную коробочку и перевела изумленный, не верящий взгляд на Олега.

–Что там? – шепотом спросила, разглядывая стильную коробку.

–Открой, – улыбнулся он.

Я нажала на механизм, и коробочка раскрылась. На черном бархате лежал роскошный браслет, инструктированный вытянутыми камнями, переливающимися всеми цветами радуги.

–Это что, бриллианты?– шокировано выдохнула я, осторожно коснувшись этой прелести.

–Нет, малыш, бижутерия, – подмигнул Олег и достал браслет. – Давай, посмотрим, угадал с размером.

Пока он застегивал на мне украшение, которое село, как влитое, я продолжала потрясенно молчать.

–У тебя такой траурный вид, что я начинаю сомневаться, что бриллианты – ваши лучшие друзья, – подразнил Гладышев, и завел машину.

–Не траурный, просто это невероятный подарок, и я в шоке, – пояснила я, сглотнув накатившие слезы.

–Это не подарок. Всего лишь возвращаю «залог», – сообщил Олег невозмутимо и качнул подкову на тонкой золотой цепочке, прицепленной к зеркалу заднего вида, и вот тут меня прорвало, грудь сдавили рыдания. Я вспомнила тот первый вечер, вспомнила, как повесила эту цепочку, чтобы напоминала обо мне.

–Спасибо, – прошептала и, сжав его руку, с чувством поцеловала, закрыв глаза, орошая слезами.

Олег ничего не сказал, осторожно вытер мои слезы, стараясь не испортить макияж, и сконцентрировался на дороге.

Путь до театра прошел в тишине, но она была такой уютной, такой наполненной, что хотелось продлить этот момент близости и единения, когда понимаешь друг друга без слов, как можно дольше.

Перед началом балета мы немного поговорили на отвлеченные темы, а после сконцентрировались на постановке. С этой минуты весь мир перестал существовать для меня, я полностью погрузилась в происходящее.