Бриллианты грязной воды

– Боксеры? – спросила Астрид. – Ты спишь в одних боксерах?

– Ага. Мне пятнадцать, что ты хочешь, чтобы я надевал на ночь? Пижаму? Отвернись!

Астрид отвернулась и расчесывала волосы, пока Лукас надевал шорты и футболку.

– Ты уже закончил?

– Да, – ответил Лукас. – Мне только что приснился очень странный сон, но он заставил меня вспомнить маму. Тяжело поверить, что она может быть жива.

– Мы знаем, Лукас, – сказала Астрид, снова проведя по волосам расческой. – Ты уже полтора месяца говоришь о том, как мисс Гунерро рассказала тебе, что твоя мама жива.

– Вот и нет.

– Твое сочинение «Как я провел лето» тоже об этом? – спросила Астрид.

– Ага, точно.

– Ты врешь, – заявила она. – И не хочу показаться грубой, но мисс Гунерро – тоже.

В голове Лукаса крутились места и знакомые из Парижа: Хорошая Компания, французский парень по имени Эрве, книжный магазин «Шекспир и Компания». Ножик и Трэвис в соборе Парижской Богоматери на странной церемонии промывки мозгов от мисс Гунерро. Он вспомнил Чарльза Магнуса, который гонялся за ним по улицам Парижа на мотоцикле.

Лукас свернул пенку и положил ее вместе со спальным мешком в пластиковый контейнер, который держал на крыше.

– Эй, Астрид, а где Джини?

– Папа беспокоится о ней, – сказала Астрид. – Так что Налини сейчас с ней.

– Почему?

– Вероятно, кто-то проник в кабинет медсестры в отеле «Глобус», украл несколько свидетельств о рождении и выбросил в мусорный бак.

– Кто мог это сделать?

– Мы не знаем, – Астрид повернулась к лестнице. – Тренер Крид послал меня за тобой. Начинается следующий триместр, и новые дети уже прибыли утром. Значит, у тебя появится сосед.

– Я думал, они будут жить в общежитии внизу.

– Так и будет, – сказала Астрид, – когда общежитие достроят. Кажется, что-то не так с бетоном или типа того. Так что тебе придется с кем-то делить комнату.

– Я не хочу соседа, – посетовал Лукас. – Я вроде как устал от всех.

– Ага, я тоже. Как бы то ни было, дежурные размещают девочек на восьмом этаже, а мальчиков – на седьмом. Если не поторопишься – опоздаешь.

– Знаю.

– Ты не носишь часы и не знаешь, где твой телефон, – возразила она. – Откуда ты знаешь, который час?

– У меня часы в голове.

– Который час?

– Три минуты восьмого.

Астрид бросила взгляд на экран телефона, повернула его так, чтобы Лукас тоже смог его видеть. «7:02» на их глазах сменились на «7:03».