Голова, полная призраков

 – И я надеюсь, что ты не будешь думать, будто бы происходящее с Марджори каким-то образом происходит по твоей вине.

Своей вины я ни в чем не чувствовала. Однако ее слова заставили меня запаниковать. Я крепко ухватилась за мамин воротник и приподнялась с сиденья, чтобы приблизиться к ней. Я собиралась сказать ей, что Марджори вообще-то ничего плохого не сделала, что я преувеличила истории, которые она рассказывала, что мне они, в принципе, даже нравились, что мне хотелось послушать еще больше таких историй и что я может быть собиралась даже сама придумать что-то подобное.

– Только пожалуйста, не говори Марджори, что я с тобой поделилась. Не делай этого.

– Не буду, солнышко. Обещаю. – Обещала она не по-настоящему. Это была просто точка в конце ее фразы.

Я села на место. Я все еще отчаянно хотела разобраться в том, что происходит.

– Я беспокоюсь о Марджори, даже если ты не беспокоишься.

Мама улыбнулась и затушила сигарету.

– Конечно же я беспокоюсь, Мерри.

Нет, я не догадывалась. Но я утвердительно кивнула головой, так быстро, что у меня чуть не растрепались косички и слетели резинки.

Больше мы ни о чем не говорили, пока на парковку не въехал тренер на красной машинке, которая была бы в самый раз для любящего играть в прятки Золотого Жучка.

– Вот и он. Давай, иди, веселись. Слушайся тренера.

– Мам, я не могу пойти, пока ты не дашь мне наставление на тренировку, как это делает папа.

– А что он обычно говорит?

– Бей мяч насквозь. Голову вверх. И он говорит, что скорость не натренируешь.

Мама засмеялась.

– Что он хочет этим сказать?

– Не знаю, наверно, что я и так быстрая и что мне не нужен тренер! – Я тоже посмеялась, но смех получился натужным и маниакальным.

– Хорошо.

Мама поцеловала меня в лоб и осталась сидеть в машине. Я выбежала на поле и присоединилась к стайке моих подруг по команде. Оливия, самая высокая и блондинистая из нас, ткнула в меня пальцем и зажала нос:

– Фу, от Мерри пахнет дымом.

Тренер сказал ей, чтобы она вела себя прилично. Во время выполнения упражнений один на один я пнула Оливию, целясь в место над ее наколенником. Она свалилась на землю, вопя и прижимая ногу.