Вокруг света с десятью су в кармане

– Сеньор француз, – заметил он, – сидел на одном из моих мулов, пропавших три дня тому назад. Я обвиняю его в воровстве!

– Ошибаетесь, три дня тому назад меня здесь не было; что касается до твоего мула, или, правильнее сказать, до твоих мулов, то мы их не украли, а отняли у воров. У меня есть свидетели, барышня и ее отец могут доказать, что я говорю правду.

В то время как он рассказывал о происшествии на дороге, благодаря которому Рамон захватил животных, человек в плаще снова шепнул что-то офицеру.

– Все это, пожалуй, так, – заключил капитан Моралес, – но я не судья, а лишь начальник конвоя. Мы проводим гостей сеньора губернатора со всеми подобающими им почестями… Что касается вас, синьор француз, то я вас арестую за воровство двух мулов; вы дадите объяснение судье, как только мы прибудем в Камбо.

Возражать было нечего. Правосудие, казалось, было против Армана. Он это понял и кротко, как фаталист, стал между указанными солдатами. Затем конвой и путешественники отправились в путь, наш бедный друг пешком, остальные верхом.

Но его добрый гений, мисс Оретт, заботилась о нем.

– У моего отца, – сказала она офицеру, – был свой мул, я вижу, что им никто не пользуется, и вы меня премного обяжете, если дадите его этому молодому человеку; он наш знакомый и стал жертвой ошибки.

– Это можно, – ответил любезно Моралес. – Мне приказано сообразоваться со всеми вашими желаниями.

Лаваред, по крайней мере, мог утешиться, что тоже поедет на муле.

– Впрочем, – продолжал начальник конвоя, – нам сегодня вечером не долго ехать.

Теперь мы едем по берегам Серро-дель-Бренон; достигнув Кото и Колорадо, мы остановимся у подножия Кордильеров в замке Круц. Там приготовлены комнаты и ужин для ваших светлостей.

Молодая англичанка задумалась. Этот сюрприз, ожидавший ее во владениях Коста-Рики, ничего хорошего не предвещал, а имя дон Хозе – тем более. Но отец был с нею, Арман также; казалось, что ей нечего бояться.

Однако таинственный человек в плаще на этот раз пропустил капитана Моралеса и, замедлив шаг мула, очутился рядом с Лаваредом.

Первое время он с ним не говорил. Он только тихо посмеивался, что очень интриговало Армана. Проехав несколько шагов, он обратился к своему соседу на чистейшем французском языке:

– Итак, мне кажется, я отомстил за «Лорана»?

Лаваред удивленно воскликнул:

– Буврейль!..

– Я самый.

– Какое же счастье встретить вас в этих отдаленных краях!..