Миллион лет молчания

Наверное, поэтому я необычайно нервничала, когда мы с Эрвином в полночь вышли из такси и увидели длинную, извивающуюся змеёй очередь в клуб, состоящую преимущественно из девушек в коротких платьях. Парни на их ослепительном фоне терялись и выглядели чёрными воронами.

– О, да-а… – выдохнул Эрвин. – Всё так таинственно и загадочно. Ты только посмотри! Эти люди ждут, пока их пропустят в клуб… Где это видано?

Я не удержалась и пихнула его локтём в живот. Ну вот что он придуривается?

– Мы здесь до утра простоим, – вздохнул Эрвин.

– Матео сказал, что внёс меня в список приглашённых, – произнесла я, но не так уверенно, как хотелось. И была причина.

Глядя на всех девушек, освещённых тусклым светом уличных фонарей, у меня медленно, но верно, начал расти комплекс неполноценности. Точно так же я чувствовала себя в магазинах косметики, где рядовые консультанты смотрят на тебя сверху вниз и не понимают, как меня вообще земля носит без ухоженных бровей и каблуков. Сегодня я не особо продумывала свой наряд.

Я почувствовала на себе взгляд Эрвина. Что же он нашёл во мне? На его месте я бы прямо сейчас отскочила бы от себя с видом «я не с ней».

– Ну, так мы идём? Или вечер пропал?

Эрвин взял меня за руку и повёл к входу с невзрачной вывеской. При нашем приближении, половина дам успели скептически оценить меня и мой наряд. Ну и флаг им в руки!

У входа стояли двое мужчин, один высокий и широкий как шкаф, а второй наоборот, худой и низкий, как гладильная доска.

Мы даже не успели ступить на площадку перед дверью, как «шкаф» выставил перед нами руку и молча покачал головой. Так… Ясно… Первый дресс-код мы не прошли.

– Мы есть в списке, – сказала я по-немецки.

«Большой» сразу отошёл в сторону, пропуская вперёд своего коллегу. «Доска» осмотрел нас сверху вниз прищуренными глазами.

– Имя, – велел он.

Его было плохо слышно из-за басов, которые пробивались сквозь закрытые двери клуба. Я шагнула к нему чуть ближе и громко произнесла:

– Елена Кацуба.

Он не просматривал никакие бумаги и не заглядывал ни в какие папки. Сощурив глаза до узких щёлочек, он снова осмотрел меня с ног до головы. Не знаю, что он намеревался разглядеть, но мне хотелось уже быстрее получить ответ, а не стоять тут на обозрении всей очереди.