Зовите меня Джо

– Не предвидится, это точно, – грустно проговорила она. – Там все будет чужим… Мы даже не можем вообразить, что собой представляет планета, на которую мы летим… а ведь она наша соседка, сестра, можно сказать… и нам предстоит путь длиной в тридцать два световых года.

– Таковы люди, – коротко отозвался Реймонт.

– А почему вы решили лететь, Карл? – задала вопрос Линдгрен.

Он пожал плечами.

– Из любопытства, пожалуй. И еще… откровенно говоря, я успел нажить врагов в Корпусе. Кого-то гладил против шерстки, кому-то продвинуться не давал.

Да и сам зашел в тупик – дальше мне выслужиться не удалось бы, если бы я не стал соблюдать неписаные законы внутренней политики. А я их презираю, законы эти. – Он обернулся и встретился взглядом с Линдгрен. – А вы почему?

Она вздохнула:

– Наверное, из чистой романтики. Я с детства мечтала полететь к звездам – как тот принц из сказки, что грезил о стране эльфов. В конце концов я сумела уломать родителей, и они разрешили мне поступить в Академию.

Реймонт улыбнулся – на этот раз теплее, чем обычно.

– И, судя по всему, вы на хорошем счету в межпланетной службе. Первый полет за пределы Солнечной системы – и сразу в должности первого помощника.

Линдгрен протестующе подняла руки.

– Зачем вы так? Между прочим, я свою работу знаю и делаю хорошо. Просто в наше время, как ни странно, женщине легче продвинуться по службе, чем мужчине. В такой экспедиции женщины очень нужны. И работа на борту «Леоноры Кристин» у меня будет не совсем обычная.

Мне придется больше заниматься… ну, скажем так: человеческими взаимоотношениями, чем астронавигацией.

Реймонт отвернулся и снова стал смотреть вперед.

Лодка обогнула мыс и понеслась к Сальтсвону. Тут движение было гораздо более оживленным. Мимо то и дело проносились суда на подводных крыльях. Грузовая подводная лодка медленно удалялась в направлении Балтики. А в темном небе, словно светлячки, мелькали огоньки воздушных такси. Освещенный центр Стокгольма стал похож на многоцветный пылающий костер.

Тысячи звуков непостижимым образом сливались воедино, звуча подобно многоголосому хору.

– Хочу вернуться к моему вопросу, – сказал Реймонт. – Вернее, к контрвопросу, поскольку вы меня вынудили его задать. Только не думайте, что мне была неприятна ваша компания. Напротив – очень даже приятна, и, если вы не откажетесь со мной поужинать, я буду считать сегодняшний день одним из лучших в жизни.