Зовите меня Джо

Но тогда сколько всякого нарисовать нужно? Нимфы, сатиры, тополевые рощицы, здания храмов и тому подобное? Ну что ж… – Она рассмеялась. – Предложу нимф и сатиров. Не понравится – всегда можно переделать, только бы красок хватило. По крайней мере, будет чем заняться.

– Неужели кто-то может прожить пять лет – и еще пять, если нам суждено вернуться, – рассчитывая на хобби? – медленно проговорил Реймонт.

Седлер снова рассмеялась:

– Никто не сможет, конечно. Не волнуйтесь. У каждого на борту полно работы: у кого – научные изыскания, у кого – роман о Великой Космической Эпохе, у кого – преподавание греческого языка вперемежку с тензорными вычислениями.

– Конечно. Я читал программу. Как думаете, она сработает?

– Констебль, да будет вам! У других же экспедиций все получалось, а мы чем хуже? Поплавали бы лучше, поныряли бы, что ли, – посоветовала Седлер, усмехаясь.

Реймонт изобразил улыбку, разделся, повесил одежду на поручень. Джейн Седлер восхищенно присвистнула.

– Ого! – воскликнула она. – Да вы, констебль, культурист, не иначе, – целая коллекция бицепсов, трицепсов и прочего.

– Такая работа. Надо держать себя в форме, – немного смущенно отозвался Реймонт.

– Послушайте, заходите как-нибудь ко мне, когда будете свободны от дежурства, покажете какие-нибудь упражнения, что ли…

– Я бы с радостью, – сказал Реймонт, окинув оценивающим взглядом фигуру Джейн. – Но дело в том, что мы с Ингрид…

– Ладно вам. Я же пошутила. У меня, похоже, в ближайшее время тоже появится постоянный возлюбленный.

– Правда? Кто, если не секрет?

– Элоф Нильссон, – ответила Седлер и предостерегающе подняла руку. – Только, пожалуйста, ничего не говорите. Да, он, конечно, не Адонис. И манеры у него не самые любезные подчас. Но он такой умный, наверное, самый умный на корабле. Его так интересно слушать. И еще… – Она отвела взгляд и закончила: – Он так одинок…

– А вы просто красавица, Джейн, – сказал Реймонт. – Послушайте, у нас с Ингрид тут встреча назначена. Может, присоединитесь к нам?

Джейн запрокинула голову.

– Черт подери, вы хоть и полицейский, а все-таки человек! Не бойтесь, я не выдам вашу тайну. И не задержусь здесь. Личная жизнь – это личная жизнь. Желаю вам тут наедине удачи.

Она помахала рукой и ушла. Реймонт проводил ее взглядом и прыгнул в воду. Вскоре в бассейн вошла Ингрид.

– Прости, что опоздала, – извинилась она. – Была связь с Луной. Очередные идиотские расспросы – как у нас тут дела. Поскорее бы уйти в глубокий космос.