Золотой раб

Ее лицо – мягкие линии и несколько дерзких, почти лихих углов – застыло. Она повернулась, словно собралась уходить, но набралась решимости и продолжила работу, не обращая на него внимания.

Он не понимал, в чем дело – может, его короткая поездка дала ей время поразмыслить, но подошел к ней и сказал:

– Фрина, если я тебя обидел, как я могу искупить вину, если ты мне не скажешь, в чем дело?

Она стояла к нему спиной, наклонив голову. Он увидел, что под мягкими локонами черных волос ее шея почти детская.

Почему это наполнило его нежностью. Она сказала, очень тихо, так что он с трудом расслышал:

– Ты меня не обидел.

– Тогда почему ты меня сторонишься? Когда я, проходя, здороваюсь с тобой, ты никогда не отвечаешь. Ты неделями не говоришь мне ни слова.

Голос ее стал чуть громче, но он дрожал.

– Ну, некоторым женщинам приятно, когда ты их лапаешь. Я не из их числа!

Эодан почувствовал, что краснеет, как небо на западе. Он неловко ответил:

– Почему ты не даешь мне возможности объясниться? Я поступил неправильно, когда поцеловал тебя.

Прошу у тебя прощения. Но я был одержим, во мне была Сила, которой я не мог сопротивляться. И неужели я так сильно тебя обидел?

Тогда она посмотрела прямо на него и сказала голосом, в котором слышались слезы:

– Ты прежде всего обидел себя самого.

Эодан отвел взгляд. Посмотрел на тропу у себя под ногами. Бронзовое облако посветлело над недавно распустившимися розами. На западе, над самой покрытой виноградными лозами стеной, он совершенно отчетливо видел зеленую полосу.

Где-то мычала корова, в остальном было очень тихо.

Наконец он сказал медленно, слово за словом, как будто молотом придавал форму чему-то внутри себя:

– Я понял. Но ты меня не поняла. Говорят, ты еще девственница. Что ж, ты прокляла меня за что, чего сама не понимаешь.

Пальцы Фрины стиснули стебель розы. Шипы укололи ее. Она посмотрела на яркие капли крови, вытерла их о платье и сказала, почти не разжимая губы:

– Может быть, ты прав.

Я думала о тебе по-своему. И когда ты поступил не так, как я ожидала, ты меня обидел. Но, наверно, я действительно тебя не понимала.

– Я не привык говорить о таких делах, – с усилием сказал он. – У кимвров все не так – не так сложно. Жены не изменяют мужьям, не предают их. Мужья… ну, да, иногда у мужчины бывает женщина. Но у мужчины другие потребности. Мной овладела Сила земли; в тот день во мне был Бык, Фрина.