Ведьма моря Демонов

Незаметно двор отшатнулся от них. Советника и дочь Хромана боялись в Тауросе.

Шорзон был высоким, худым и сухим, как будто Небесный Огонь за вечными облаками обрушился на него и выжег всю влагу из изможденного тела. У него были благородные черты старой ахейской аристократии, но его глаза были темными, запавшими и горели странным огнем. Даже в жаркий полдень он был одет в черную мантию, ниспадавшую до ног, и его белая борода струилась по ней. Люди знали, что он научился колдовству в Хиунг-ну, и ходили слухи, что, несмотря на всю воинственную силу Хромана, именно Шорзон действительно доминировал в королевстве.

Хроман женился на дочери Шорзона – никто не знал, кем была ее мать, хотя считалось, что она была ведьмой из Хиунг-ну. Она недолго прожила после рождения Хрисеиды, чей дед, таким образом, взял на себя большую часть ее воспитания. Ходили слухи, что она была такой же ведьмой, как и он – колдуном.

Конечно, она могла быть жестокой и неуправляемой. Но в ней была странная темная красота, которая преследовала мужчин.

Невозможно было пересчитать всех людей, готовых умереть за нее … И, как говорили, они умирали через одну или две ночи.

Она была высокой и гибкой, с черными как ночь волосами, которые ниспадали до талии, когда их распускали. Ее глаза были огромными и темными на холодно выточенном прекрасном лице, а полные красные губы отрицали строгую, подобную богине красоту ее лица. Сегодня она не прикасалась к тяжелому золоту и драгоценностям двора; белое платье свисало вокруг нее ослепительными складками.

Ей не было равных.

Пленники прошли через дворцовые ворота, которые с лязгом захлопнулись за ними. Они поднялись по лестнице и вошли в аромат зеленых деревьев и кустарников, цветущих растений и бьющих фонтанов, которые были садом. Там они остановились, и двор жужжал вокруг них, как мухи вокруг мертвого животного.

Хроман подошел к Коруну.

– Приветствую, – сказал он, и в его голосе не было насмешки.

– Приветствую, – ответил пират тем же ровным тоном.

Они смерили друг друга взглядом двух сильных мужчин, которые поняли, о чем речь.

Корун был ростом с Хромана, светлокожий гигант в цепях и лохмотьях. Выгоревшие от непогоды желтые волосы свисали до плеч с надменно поднятой головы, а его огненно-голубые глаза неотрывно смотрели на короля. Его лицо было худым, с длинной челюстью, кривым носом, ожесточенным горечью, страданиями и отчаянной бесконечной битвой. Закованный в цепи эринье не мог бы более свирепо смотреть на своих похитителей.