Ведьма моря Демонов

Но жизнь все еще была удивительно сладкой, и как только он сможет свободно передвигаться, у него все еще может быть какой-то шанс сбежать или даже одолеть их.

Или кто знает? Он задался вопросом, с кратким головокружением, могла ли темная ведьма перед ним быть такой злой, как говорили ее враги. Сильная и безжалостная, да, но таким был и он. Когда он узнает всю правду о ее грандиозных планах, он, возможно, даже решит, что они были правильными.

В любом случае это жизнь! Если придется умереть, то под небом!

– Я пойду, – хрипло сказал он.

Низкий ликующий смех Хрисеиды пел в освещенном вспышками мраке.

Шорзон подошел и снял с пояса ключ. На мгновение мысль о том, чтобы свернуть эту тощую шею, пронеслась в голове Коруна.

Волшебник мрачно улыбнулся.

– Не пытайся, – сказал он. – В качестве небольшого доказательства того, что мы можем сделать…

Внезапно колдун исчез. В камере рядом с Коруном стоял монстр из джунглей Умлоту, чешуйчатый зверь, который шипел на него оскаленными челюстями и изрыгал яд на пол.

________________________________________

Колдовство! Корун отпрянул, холод страха пронзил даже его стальное сердце. Шорзон принял человеческий облик и безмолвно отпер цепи. Они упали, и Корун, спотыкаясь, вышел в коридор.

Эринье зарычал и подкрался ближе. Хрисеида положила руку на голову зверя, сдерживая этот скользящий порыв, словно на поводке. Ее улыбка и слабый сладкий аромат ее волос вызывали головокружение.

– Пойдем, – сказала она.

Шорзон шел впереди, вниз по длинному наклонному туннелю, где только струящееся пламя факелов было живым. Их шаги гулко отдавались в мокрой черной глубине.

– Мы отправляемся немедленно, – сказал он. – Когда Хроман узнает о твоем побеге, все тауросы будут преследовать нас. Но тогда будет уже слишком поздно. Сегодня вечером мы быстро отплываем.

– Плыть, куда? А что с моими людьми? – спросил Корун.

– Боюсь, они потеряны, если только Хроман не пощадит их, пока мы не вернемся, – сказала Хрисеида. – Но мы спасли тебя. Я рада этому.

Слабый запах свежего соленого воздуха наполнил туннель.

– Должно быть, он выходит в море, – подумал Корун. Он задавался вопросом, сколько проходов пронизывало глубину под Тауросом.

Наконец они вышли на узкий пляж под нависшими западными скалами. Пропасти поднимались в кромешную тьму ночи, уходя в невидимое небо.