Сюрприз для богатой и знаменитой

Не могу избавиться от воспоминаний.

– Это естественно, – заверил он ее с легкой улыбкой. – Ты пережила несколько ужасных минут.

– Определенно. – Она вымученно улыбнулась. – Кстати, ты прав. Машину мне отдадут уже на следующей неделе, так что нет смысла пропускать занятия.

– Значит, я заеду за тобой за полчаса до начала тренировки. Если не возражаешь, мне бы хотелось приехать в академию пораньше и до занятий немного поработать с документами.

– Я не против, – заверила его Чарли, снова улыбаясь. – Мне нужно принести что-нибудь еще, кроме себя самой и моей выдающейся личности?

Он ухмыльнулся:

– Того, что ты назвала, должно хватить.

По ее просьбе Майкл позволил ей заплатить за обед. Зато он настоял на том, чтобы зайти вместе с ней в дом, а не просто подвезти ее до двери.

В ответ на ее замечание, что он ведет себя как параноик, он объяснил:

– Я хочу убедиться в том, что, войдя в дом, ты не наткнешься на незваного гостя.

Поморщившись, Чарли согласилась.

Когда они вошли, в доме было тихо. Никаких признаков незаконного вторжения. Кот с кошкой спрятались, на полу посреди гостиной лишь валялась потрепанная игрушечная мышь.

– У тебя есть домашнее животное? – спросил Майкл, поднимая игрушку.

– Даже два. Кот и кошка. Сейчас они прячутся, потому что почуяли тебя.

Он понимающе кивнул.

Беглый осмотр дома его, похоже, удовлетворил. Чарли проводила своего защитника до двери.

– Спасибо, что помог.

– Рад быть полезным. – Он внимательно осмотрел улицу, но улица выглядела такой же тихой и безопасной, как дом.

– Да. Спасибо.

– Запри за мной дверь. – Он сбежал с крыльца и направился к пикапу. Стоя у машины, обернулся и повторил: – Запри дверь, Чарли!

Она закрыла и заперла дверь, но, как только рокот мотора затих вдали, поняла, что совсем не чувствует себя в безопасности.

Майкл съехал с дороги на усыпанную гравием смотровую площадку, вышел из машины и поспешил к стальным перилам.

Обед с Чарли Уинтерс прошел не очень удачно. Он рассчитывал кое-что о ней узнать. Но Чарли удалось сохранить все свои секреты.

А он, вместо того чтобы расспросить ее о прошлом, просто сидел и слушал. Потому что ему нравилось ее слушать. Ему нравился ее легкий кентуккийский акцент и как изгибаются ее губы, когда она насмешливо улыбается. Нравилось, как блестят ее глаза, когда ему удавалось рассмешить или позабавить ее.