Дьявольский нимб

На их благо, братьев ещё ни разу не ловили, хотя фотороботы с похожими физиономиями висели почти на каждом углу. Таких, как мы, поймать не просто.

Стоило мне отойти от братьев, как ко мне подскочила Памба. Высокая, как небоскрёб, фигуристая и кудрявая блондинка улыбнулась мне и повисла на шее, поцеловав в щёку накрашенными в три слоя губами. Я поморщился, когда она отодралась от меня, а на щеке осталось что-то липкое. Времени она терять не стала. Я почти сразу почувствовал её руку у себя в штанах.

– Ливви, – протянула она, глядя на меня из-под опущенных ресниц.

– Привет.

– Как дела?

– Ты должна лучше знать. Мне кажется, или на самом деле мы уже купили билеты до Австралии?

Памба даже не смутилась, начиная орудовать рукой.

– Так ты согласен?

– Уже нет, – покачал я головой. – Развлекайся.

И как можно скорее отошёл от неё. Свободное место нашлось в самом углу на диване. Устало бухнувшись, откинул голову назад, стараясь отделаться от всего мира. Безумного мира…

Всё вокруг тебя мелькает

И сложнее мир понять.

Ты один, а их так много.

Я сошёл с ума опять…

– Не мог бросить тебя, – услышал я голос Арозона.

Распахнув веки, поднял голову. Передо мной, засунув руки в карманы брюк, стоял лучший друг.

– А сказал, что поедешь домой, – напомнил я.

– Знаю, но передумал.

Он сел рядом со мной, положив ногу на ногу. На нём до сих пор был его безупречный чёрный костюм с таким же тёмным галстуком. Сама элегантность. Если бы не его косичка, которая нравилась всем подряд, кроме меня, я бы сказал, что Арозон был настоящим… настоящим демоном.

Да… демон. Выдумали же люди нам имена…

– Ты мог бы переночевать и на работе, – сказал Арозон.

– Снова? Я давно не был дома.

Арозон улыбнулся и обвёл взглядом переполненную комнату, где гости вели себя, как хозяева. На противоположном от нас диване две пары бесстыдно занимались сексом. Я закатил глаза и опять откинул голову назад.

– Всё ещё хочешь закончить своё существование? – снова встрял Арозон.

– Думаю.

– А как же я? – спросил он с сарказмом.

– А что – ты?

– Бросишь меня одного?

– Пошли со мной.

Арозон не ответил. Приподняв голову, посмотрел на него. Он сидел, глядя на свои руки, и о чём-то думал. Он казался таким умиротворённым, и вся эта шумиха вокруг нас, танцы на столе, веселье, отскакивали от Арозона, как от стеклянного купола, который он натянул на себя. Даже бьющая музыка, казалось, сделалась тише и отошла на второй план.