Писец. История одного туриста

В дверь постучали, а я взял и спросил, кто там за дверью.

– Мистер Сэндлер, откройте, это я, – сказал кто-то там.

– Я никого не жду, – сказал я и заволновался ещё сильнее.

– Бросьте валять дурака! Открывайте!

Я открыл-таки долбаную дверь, а в дом влетел мужчина, и тоже со шпагой на на своём поясе, как и предыдущий клиент Сэндлера. Одет он тоже был как аристократ, и был, пожалуй, постарше Сэндлера на пару-тройку десятилетий.

– Что за шутки, Джон? Вас ведь предупредили!

– Простите, я уснул.

– Сейчас придут остальные.

Я закрыл окно деревянными ставнями.

– Ваши спят?

– Да.

– Прекрасно.

Мы сели, а незнакомец зажёг ещё пару-тройку свечей к тем, что уже горели.

– Я понимаю, Джон, что Вы экономный человек. Это похвально. Но зажигайте больше свечей – нельзя жить во тьме!

А Сэндлер был экономнее, чем думал тот джентльмен, скажу я вам. Но об этом знали лишь сам ростовщик, его семья и Якоб Гроот.

Потом пришли ещё двое ночных посетителей – один молодой и тоже со шпагой, другой постарше, но в одежде священника.

Все гости сели за стол и говорили вполголоса, а я почувствовал себя вовлечённым в какое-то серьёзное и опасное дело – хотелось бежать.

– Господа, мы собрались, чтобы обсудить наши дела в Йорке. Меня беспокоят обыски у наших братьев, – сказал первый гость, – Аббат Николсон только что вернулся из Йорка.

Он указал в сторону священника.

– Да, Карл ищет повода разделаться с нами. И ему это удастся, если мы не усилим наши позиции в Лондоне.

– Этот долбаный ублюдок ещё ответит нам за Кромвеля! – сказал самый молодой гость.

Двое старших переглянулись, а я подумал, что участие в таких посиделках может закончиться виселицей.

– У Вас есть предложения? Если так, то выкладывайте, – сказал первый гость человеку в сутане.

– Есть мыслишки. Полагаю, нужно продвинуть наших людей в правительство, – ответил тот. – Если мистер Сэндлер вновь будет любезен и выделит нам некоторую сумму, то мы запустим Честертона через Милфорда – тот не боится брать.

Я смотрел, слушал и молчал.

– Почему Вы молчите, Джон? Я Вас не узнаю, – сказал первый гость.

– О какой сумме идёт речь? – спросил я.

– О каких-то двухстах фунтов. Это немного, если учесть, что на кону не только судьба Англии, но и наши жизни, – сказал аббат.

– Вы согласны, мистер Сэндлер? – спросил первый гость.

– Да. Но…

– Отлично. Когда мы победим, Англия будет чествовать Вас как героя. Даже несмотря на то, что Вы – иудей.