Писец. История одного туриста

Он пытался что-то сказать, но издавал лишь гортанные звуки, которые переходили в жалобный писк.

Затем молодой офицер зашипел как змея. Лицо его изменилось до неузнаваемости и стало похожим на рыбью морду – рот то открывался, то закрывался – такое представление при иных обстоятельствах могло показаться забавным. Огромные глаза офицера вразнобой скользили по повозке как будто что-то выискивая. Ноги и руки куда-то исчезли – похоже, что они взяли и слились с размягчённым офицерским телом.

Я в ужасе отпустил офицера полиции, хотя офицером эту штуку уже вряд ли кто-нибудь отважился бы назвать.

А Патриция была спокойной и с интересом рассматривала химерное существо, которое получилось из обычного французского полицейского.

Да, хладнокровия у Патриции было хоть отбавляй – можете не сомневаться!

– Дерьмо! Растворителя не хватило! – сказала Патриция.

– Как так?

Якоб Гроот запаниковал.

– Патриция… Куда его теперь?

Патриция не успела ответить, потому что желеобразное существо издало звук, схожий с криком совы, изменило цвет на зелёный, выползло из полицейского костюма и выпало из машины на землю.

Проснулась полицейская радиостанция, которая была закреплена на ремне – кто-то бодрым голосом вызывал нашего недорастворённого беднягу.

Его называли «Жаном» или «Жаком», а может сразу «Жан-Жаком» – я не помню. Помню, что на другом конце волны интересовались как у него дела и куда он пропал.

«Дела у Жана с Жаком лучше всех – они превратились в желе.

Существо проползло, как удав, между мной и Патрицией, и скрылось в траве.

– Надо поймать его! – крикнул я и кинулся в погоню.

– Оставь! Нет времени! Пускай живёт!

– Живёт? Разве это жизнь?

– А чем не жизнь? Полная свобода тела и души. Если найдут – запишут в загадки природы. Вряд ли опознают. Бери всю одежду и пистолеты! И побыстрее!

Из полицейской повозки Патриция достала камеру и положила в свой рюкзак.

Мы взяли все вещи, оружие, завернули всё это добро в покрывало – крепыша пришлось лишить упаковки.

Затем мы стёрли отпечатки наших пальцев в повозке и с багажника, выждали пока в потоке проезжающих машин не появилась брешь, и стали удаляться в поле сначала спокойным шагом, а потом перешли на бег.

Когда добежали-таки до леса, то решили передохнуть.