Негаданно-нежданно, или Учебник для оперативника

Отыскав на другом окне, вероятно, соседки старушки еще кусочек чего-то съестного, бросил псине второй кусок и так же резко подвинул наполненную свежей водой емкость.

Через десять минут прибыл судмедэксперт Панов, Бюро СМЭ находилось неподалеку. Пора проводить осмотр, время шло, заявки копились, и Панов стал нервничать, что придется работать всю ночь, но что делать с собакой, никто не знал. Участковый предложил сразу Бобика пристрелить как угрожающего жизни, но мгновенно осекся и замолк на полуслове, увидев свирепый взгляд Апельсинова, самозабвенного собачника.

Именно на почве любви к собакам водил крепкую дружбу с нашим кинологом Андрюхой Мочалкиным.

– Мочалкин! –и тут Серегу тоже осенило. Он набрал его номер и почти сразу заорал в трубку: – Андрюха, выручай, приехали на заявку, а тут пес голодный! Неделю не ел, не пил, бедный, злющий, сил нет! Нет, я ничего не могу с ним сделать.

Голос Мочалкина бурно забубнел в трубку:

– Не кормите больше, а то подохнет от заворота кишок. Я буду через пять минут, только снотворное в шприц наберу.

Через полчаса во двор влетел, подняв столбы пыли, словно чертик из табакерки, взъерошенный Мочалкин. Всегда спокойный и уравновешенный, разговаривающий медленно, с расстановкой, улыбкой и паузами между предложениями, в настоящий момент больше напоминал нашего Полкана, как мы прозвали промеж собой злющего пса: такой же злой и агрессивный.

– Андрюха всегда такой, когда дело касается его любимых собачек, рассмеялся Апельсинов. – Ничего, не волнуйтесь, как только псинка отойдет и Мочалкин убедится, что с ним все в порядке, он сможет с вами поговорить.

Наше дело ждать.

Пока Серега шутил и по привычке балагурил, Мочалкин двумя точными движениями поставил мохнатому кобелю укол и через полчаса наш злой Полкан спал сном младенца на заднем сидении в машине кинолога, связанный особым способом, о котором знают только специалисты.

Участковый, здоровенный детина, поднапер массивным плечом и ему удалось с первого раза открыть хлипкую картонную дверь.

Вместе с экспертами они неспеша вошли в начисто выбеленную комнатку с низким потолком, темными тенями насиженным мухами. Бабка лежала аккуратным солдатиком ровно посередине комнаты, закатив глаза и вытянув руки по швам.

Едва хлопнула от сквозняка входная дверь, как от ее выцветшего халатика с мерным тяжелым жужжанием врассыпную разлетелись мухи. Жирные, с зелеными брюшками, надсадно и муторно бесконечно гудели над головой, норовя снова присесть на жертву.