Кольцо предательства

– Золы? Мне их сжечь? – Мира в растерянности посмотрела на наёмника.

Вблизи можно было разобрать морщины в уголках его глаз и грубую на вид кожу. Он выглядел намного старше её, но и до старика ему было очень далеко.

– Да. Я бы их сжёг сам при помощи раствора, но это и дольше, и намного дороже. Нечего нам тратить ни денег, ни времени.

Мира закусила губу. Однажды она уже сжигала тела.

Это был единственный раз, когда она ослушалась Фина.

– Я попробую, – и подошла к телу мага.

Присев на корточки, Мира коснулась ещё тёплой руки мертвеца и позвала огонь.

Фин подсказал отойти от трупа и вспомнить свой страх, нащупать свои старые чувства и дать им волю.

Послушно отступив на несколько шагов, Мира прикрыла глаза.

Тени, мелькавшие вокруг, грубе силуэты, чужие крепкие руки, пытавшиеся схватить её, ловушки, путы, погоня, желание спрятаться, страх, обида, злость, гнев.

Последнее чувство вспыхнуло внутри заревом и отозвалось семью пожарами.

Жар чувств отзывался испепеляющим всё ненужное огнём и постепенно утихал, оставляя за собой лишь раскалённую кривую пелену.

Короткое покашливание вырвало Миру из короткого забытья.

– Надо было уточнить для тебя, что только этих двоих. Ладно, ничего страшного, – наёмник не дал Мире встревожиться и обернулся, – пойдём.

Он вдруг звонко свистнул, из-за деревьев раздался глухой топот и показалась довольная кирпичная мордаха.

– Залезай к ней на спину, – незнакомец кивнул на ящерицу, закрепляя на ней какие-то ремни. Мира растерянно оглядела чешуйчатое создание, которое звали Элизабет. Взгляд зацепился за какие-то крепления, видимо, они предназначались ногам.

Вскарабкаться на такую громадину оказалось в разы проще, чем Мира изначально предполагала. Дождавшись, пока она удобно устроится в большом седле, мужчина закрепил её лодыжки ремнями, чтобы потом повторить то же самое со своими ногами, оказавшись верхом на Элизабет.

Закончив приготовления, наёмник слегка похлопал ящерицу, и та тронулась с места. Ну как тронулась… скорее бешено сорвалась, из-за чего Мира, испуганно ойкнув, прижалась к незнакомцу, сидевшему впереди. В ушах засвистел ветер – и чем только кормили это милое чудовище? Мира зажмурилась и изо всех сил вцепилась в мужчину. А потом вспомнила, чем именно похрустывала эта Элизабет.