Конец пути

Они обступили мою семью и оказывали ей поддержку, предлагая опереться на их плечи в случае неблагоприятного решения.

Слава богу, они были там! Через несколько дней я передам пистолет и жетон начальнику отделения и вместо прикалывания полицейского жетона плавно перейду к надеванию тюремной робы. Несмотря на всё случившееся, всегда буду считать себя копом, даже теперь, будучи бывшим полицейским и бывшим заключённым. Чёрт, ненавижу это словосочетание – «бывший заключённый». Оно помешало мне найти работу в области, в которой у меня более тридцати лет опыта.

Но вернёмся к началу. До того как стать полицейским, я получил стипендию, чтобы играть в бейсбол в одном из колледжей второго дивизиона на Лонг-Айленде, но травма подающей руки всё оборвала. Мои мечты об игре в главных соревнованиях сезона быстро улетучились. Это привело меня ко второй моей мечте – стать офицером полиции. Я сдал экзамен в 1985 году и принял присягу в 1987-м, приколов к груди полицейский жетон.

Я стал полицейским, чтобы защищать жителей Нью-Йорка и служить им верой и правдой.

Тогда нью-йоркская полиция подразделялась на три отдельных департамента: Полицию Нью-Йорка, Полицию жилищного управления и Транспортную полицию. Меня направили в Полицию жилищного управления, и я был рад оказаться над землёй, а не в метро. Окончив академию в середине января 1988 года, я получил первое назначение в РПС-5 (район полицейской службы). Под началом Полиции жилищного управления находилось девять основных и два присоединённых участка, охватывавших все пять районов Нью-Йорка.

Утро понедельника, 20 января 1988 года, мой первый день в качестве патрульного полицейского, назначенного на полевые учения на два с половиной месяца. Команда находилась в Испанском Гарлеме в Верхнем Манхэттене. Мои нервы были настолько напряжены, что, кажется, накануне ночью я спал всего около часа.

Моя карьера началась в эпоху крэка. Крэк – курительная производная порошкообразного кокаина, принимая которую люди не понимают, что делают, отчаянно пытаясь получить всё большее наслаждение.

Крэк приносил больший эффект – более сильный, чем когда наркоман вдыхал порошкообразный кокаин. Когда наркотик курят, пар попадает в мозг за пять – десять секунд. Прилив наступившей затем эйфории длится десять – пятнадцать минут, после чего наркомана захлёстывает ощущение депрессии. Единственное, что может стереть это ощущение, – очередная доза. Наркоман всегда пытается продолжить кайф, полученный с первого раза.