Работа над ошибками

Вы ведь не собираетесь идти у него на поводу и всерьез заниматься данным вопросом? Какой в этом смысл, если речь идет о самом обычном деле без каких-либо загадок?

– По-вашему, мы идиоты? – язвительно осведомился Фарр-Джонс. – Но если мы хотим о чем-то договориться с этим мерзавцем, то нам придется подыгрывать ему, чтобы он поверил, что мы предпринимаем какие-то действия.

– Зачем это нужно?

– Чтобы вовлечь его в процесс переговоров, получить возможность еще раз с ним встретиться. Заставить его сотрудничать с нами.

– И что дальше?

– А дальше – проследить за ним и выяснить, где именно он скрывается.

– Это можно было сделать и сегодня утром.

– При помощи вертолета? – Фарр-Джонс больше не мог скрывать раздражения. – Нет, мистер Уоррилоу, тут нужно действовать осторожно. Необходимо использовать мистера Даймонда, которому Маунтджой, судя по всему, доверяет.

Инспектор Уоррилоу отвернулся и принялся молча смотреть в окно, всем своим видом ясно давая понять, что больше не надеется услышать какие-либо рациональные предложения от других участников совещания.

Фарр-Джонс потрогал свои тщательно причесанные волосы, словно хотел убедиться, что они не растрепались. Раньше ему не приходилось общаться с Даймондом, но его наверняка предупредили, что характер у Питера колючий.

– Разумеется, обращаясь к вам за помощью, мы понимаем, что можем создать определенные затруднения, – наконец с трудом выдавил начальник полиции Эйвона и Сомерсета.

Даймонд с бесстрастным, словно у Будды, лицом молчал, выжидая.

– Мы не можем настаивать на том, чтобы вы откликнулись на нашу просьбу. Но если вы этого не сделаете, мы попадем в затруднительное положение, поскольку Маунтджой, похоже, считает, что вы все еще являетесь сотрудником полиции, и к тому же испытывает к вам доверие. – Фарр-Джонс сделал небольшую паузу, чтобы перевести дух, после чего, нервно потирая руки, с вымученной улыбкой поинтересовался: – Итак, что скажете?

– Мне нужно сделать телефонный звонок.

Даже самая обычная просьба может быть облечена в такую форму, что прозвучит словно угроза – особенно в устах такого человека, как Даймонд, слывущего мрачным и несговорчивым. После его слов Фарр-Джонс напряженно застыл, сверля собеседника подозрительным взглядом.

– Своей жене, – пояснил Даймонд.