В погоне за призраком

Кроуфорд же опрокинул в себя огненную влагу с легкостью пьяницы, и лишь в глазах его заплескалось еще больше странных огней.

В общем, бутылку они прикончили за час, громким шепотом обсудили свинячью голландскую лохань, которая еле тащилась по соленой луже, и так же шепотом со слов сэра Фрэнсиса затянули пиратскую песню:

Никнут вражьи вымпела,

Ставьте парус, ставьте парус!

Нас с купцами смерть свела.

В пасть акулам их тела!

Ставьте парус!

– Знаете, Фрэнсис, я всегда мечтал найти сокровища!

– Как, и вы тоже? Какое совпадение… Жаль, что я утерял свой кошелек, а то бы я добавил…

Уильям не очень хорошо понял сэра Фрэнсиса и продолжал:

– Именно для этого я и отправился в плавание! Ведь если человек пожелает чего-нибудь по-настоящему, он этого непременно достигнет!

Фрэнсис поднял на юношу покрасневшие глаза, в которых промелькнуло какое-то странное выражение.

– Вопрос в том, юноша, что мы решительно не знаем, чего желает наше сердце на самом деле. А Провидение отвечает только на истинный зов.

Иногда думаешь, что хочешь счастья, а оказывается, что руки у тебя по локоть в крови.

– Но что дурного в том, что ты хочешь разбогатеть? Разве плохо мечтать о богатстве? Разве невозможно найти сокровища индейцев, зарытые пиратами?

Кроуфорд пристально взглянул Харту в глаза, словно пытаясь разглядеть, нет ли в словах юноши какого-то второго смысла. Но, ничего не увидев в них, кроме горячего вопроса, прошептал:

– А вам не приходило в голову, мой пылкий друг, что праведного богатства не бывает? Что все золото под небесами принадлежит дьяволу и он вряд ли поделится им с теми, кто не послужит ему хоть немного?

– А вы верите в дьявола?

– Я видел, как он ловит людей! – Ответил Кроуфорд и, горячась, возвысил голос: – Я видел десятки погибших кораблей и тысячи утонувших людей, которых с жадностью пожирали акулы.

Я видел разбросанные по морскому дну золотые слитки и распахнутые сундуки с золотом и бесценными камнями, я видел, как люди, будучи не в силах вырвать у океана его добычу, сходили с ума и тонули, сжимая в руках золото, я видел… О Уильям, Фортуна никогда ничего не делает даром.

Кроуфорд откинулся на подушку и закрыл глаза. Его загорелая кожа посерела, на висках снова выступил пот.

– Сэр, вам плохо?

– Прости, мой друг, пожалуй, на сегодня мне хватит. Жаль, что со мной нет моего кошелька, – снова произнес он.

– Если вы о том кожаном мешочке, который нашли на вас, то он у капитана.