Хрустальная удача

Я маленький, слабый, старый человек, вам ничего не стоит расправиться со мной – и никто никогда даже не узнает об этом! Я помолчу до тех пор, пока мы не пристанем к берегу!

– А где гарантия, что ты и в самом деле что-то знаешь? Небось врешь, как всегда?! Однажды ты уже провел меня… – при воспоминании об истории с «Медузой», на борту которой не оказалось обещанного серебра, Черный Пастор бросил на коадьютора такой злобный взгляд, что коадьютор задрожал.

– Согласен, господин пират, гарантий я представить не могу – какие могут быть гарантии у старого, слабого, несчастного человека, по роковой случайности оказавшегося за бортом?.

. Но если вы не поверите мне, раскаетесь, что спасли, и вторично выкинете в море или даже убьете меня, как вы сможете узнать, правду ли я сказал вам о гибели Кроуфорда и о том, что до сокровищ он не добрался?

В ответ пират лишь выругался и ударил по воде веслом так, что едва не перевернул лодку. В раздражении он принялся грести с удвоенной силой – только затрещали весла да жалобно заскрипели уключины.

Что до Абрабанеля, то теперь он чувствовал себя более уверенно, чем за последние несколько дней. С того момента, как он и его спутники покинули Эспаньолу, от него, Абрабанеля, не зависело буквально ничего. А сейчас коадьютор, несмотря на ограниченные возможности, все-таки мог вести игру, дудеть в собственную дудку и заставлять единственного собеседника слушаться себя. Такое положение вещей устраивало его гораздо больше, чем необходимость всецело зависеть от непредсказуемого Проведения! Пожалуй, встань старый банкир перед выбором: ходить по твердой земле, но так, чтобы от него ничего не зависело, или вот так болтаться в открытом море в одном исподнем, диктуя свои условия Черному Билли, вполне вероятно, Абрабанель выбрал бы второе.

Уж очень не хотелось ювелиру реализовывать не вполне ясные планы Б-га…

Тем временем наступила ночь. Утомленный коадьютор сладко захрапел на дне лодки.

Билл, кряхтя и божась, спустил парус, закрепил весла и последовал его примеру.

Утро, как ему и положено, оказалось мудренее вечера – а главное, радостнее его. Первым проснулся Абрабанель: он озяб на утреннем ветерке. Поднявшись и потягиваясь, коадьютор едва не опрокинул утлое суденышко и этим разбудил Черного Пастора. Билл продрал глаза и обнаружил, что земля совсем недалеко. Совершив это открытие, пират без дальних разговоров приналег на весла.