Похищенная невеста

– Серьезно! – рявкнула она.

Повернувшись спиной к окну, он ущипнул себя за переносицу. Если бы Терон увидел его сейчас, он бы расплакался. Просто разрыдался бы.

Ликос повернулся лицом к машине. Он не мог видеть Марит сквозь слои пены от платья, но ожидал, что она будет внимательно следить за ним. На всякий случай он снова нажал на брелок, и, как и ожидалось, она надавила на внутренний замок.

Он посмотрел вверх.

– Офицер! – крикнул Ликос и поднял руку вверх в знак капитуляции.

 – Это не то, на что это похоже…

Он заметил движение среди массы тюля, нажал на брелок и распахнул дверь, прежде чем она успела понять, что это была уловка. Он скользнул на водительское сиденье и захлопнул за собой дверь.

– Офицер! Офицер!

– Прости, принцесса. Тут нет полицейских.

– Как нет?

Он пожал плечами и включил зажигание. Урчание двигателя вернуло ему контроль над ситуацией.

Прежде чем включить передачу, Ликос повернулся к карим глазам, все еще полыхающим огнем.

– Я знаю, ты думала об этом, но попрошу тебя сидеть спокойно, пока я за рулем. Это опасно, и ты навредишь себе. Твой брат сказал мне, что ты безрассудна, но не глупа. Я на это рассчитываю.

Ее губы сжались, а щеки вспыхнули, от чего россыпь веснушек на ее носу и щеках стала еще более заметной. Он сжал пальцы на руле и принял ее молчание за капитуляцию. Он удовлетворенно кивнул и отъехал от отеля.

Вождение в Париже было очень похоже на вождение в Афинах: сумасшедшее, хаотичное и шумное.

Звуковые сигналы, проклятия, поднятые кулаки. Это заставило Ликоса сосредоточиться на дороге, а не на своих чувствах. Двадцать минут спустя он въехал на подземную парковку под своей квартирой, которая была настолько далеко от Афин, насколько это было возможно, и заглушил двигатель.

– Что теперь будет? – вопрос исходил от облака тюля рядом с ним.

– Мы позвоним твоему брату и договоримся, чтобы тебя отправили домой.

Ликос увидел, как ее рука сжалась в кулак, который выглядел скорее хрупким, чем опасным. Он практически чувствовал ее потребность бунтовать, спорить. Но Марит уже должна была понять, что это бесполезно.

– У нас перемирие?

Наступила тишина. Наконец тюль зашуршал, как будто она кивнула. Ликос вышел из машины и стал ждать. Но ничего не произошло. Подавляя нетерпение, он подошел к пассажирской стороне и открыл дверь.