Самый счастливый развод

Ты ведь этого хочешь, так?

– Я хочу, чтобы…

Он развернул Элоизу лицом к себе и наклонился к ней с улыбкой, которая со стороны могла показаться счастливой улыбкой любящего супруга. Губы Одира приблизились к уху Элоизы мучительно близко, и он прошептал, отделяя каждое слово паузой:

– Больше. Не. Говори. Этого. Никогда.

Элоиза почувствовала на своей коже тепло его дыхания, от чего ее сердце забилось быстрее. Ее тело словно не обратило внимания на словесную угрозу.

Одир снова развернул жену и подтолкнул в направлении лифта.

Элоиза шагнула в отделанную зеркалами кабину. Раз Одир хочет поговорить, пусть так и будет, если этот разговор вернет ей свободу.

Только сейчас Элоиза осознала, что впервые находится наедине с мужем с их брачной ночи, и вспомнила, как он ушел от нее – бросил одну, в подвенечном платье, которое невозможно было снять без посторонней помощи… Стоя сейчас рядом с Одиром, Элоиза смотрела на их отражение в зеркале кабины, внимательно разглядывая красивое лицо мужа, отмечая произошедшие за полгода изменения: ниточки седины, появившиеся в густых темных волосах на висках, тонкие морщинки вокруг глаз, закрытых сейчас.

Скулы Одира запали, обозначились четче, отчего его черты казались еще более властным. Запах его одеколона наполнял воздух, окутывая Элоизу.

Она ожидала, что Одир впадет в гнев, даже в ярость, но и подумать не могла, что от него будет исходить такое холодное безразличие.

– Одир… – начала она.

– Помолчи пока, – оборвал он ее, даже не открывая глаз.

От этих слов весь тщательно сдерживаемый гнев Элоизы вырвался наружу.

– Нет, ты меня выслушаешь!..

Но она не успела договорить, потому что лифт остановился и Одир вышел в дверь, предупредительно открытую охранником. Элоиза последовала за мужем, испытывая одновременно неуверенность и ненависть из-за того, что муж ведет себя так, словно она пустое место.

Войдя в его апартаменты в пентхаусе, она застыла от изумления: за огромными, от пола до потолка, окнами мерцали огни Лондона, напоминая блестки, раскиданные по одеялу из черного шелка.

Внезапно Элоиза ощутила ностальгию, хотя она не бывала в Лондоне с тех пор, как окончила университет и отправилась в Фаррехед.

Одир стоял на расстоянии двух футов от нее, но отражение в стекле искажало расстояние между ними, и казалось, что супруги стоят бок о бок. Одир, войдя в комнату, не включил свет, и поэтому их окутывала тень.