Международный литературный альманах «Понедельник». Выпуск 15

– Дома невероятно тоскливо, – ответила Софа и пристроилась на скамейке рядом с соседкой.

«Что-то сегодня долго наступает рассвет, – думала она, – и вообще как-то особенно медленно тянется время».

Мимо пробежали соседские мальчишки и поздоровались:

– Добрый вечер, баба Софа.

«Как вечер? – удивилась старушка, – а я, дура, всё жду, когда рассветёт».

Она повернулась в сторону Розы и с ужасом обнаружила, что сидит на лавочке одна.

«Боже праведный, – вздохнула она тяжело, сердце больно кольнуло, и слёзы покатились из глаз сами собой, – та мы ж Розочку схоронили года два назад.

Снова кольнуло сердце, а на улице совсем стемнело.

Возвращаться домой не хотелось, и Софа продолжала сидеть в растерянности на лавочке.

– А пойдём сегодня в клуб на танцы, – послышался незнакомый голос, и перед Софой появился мужчина в шляпе и длинном пальто.

– Наш клуб уже лет двадцать, как закрыли, – печально произнесла старушка, и снова кольнуло сердце.

– Не может быть, – возразил мужчина, – сегодня в наш клуб приезжает Утёсов. Тот самый…

У Софы закружилась голова, больно сдавило грудь, пространство вокруг лавочки заполнил липкий туман.

«Боже, как больно, как холодно», – пыталась вскрикнуть Софья и позвать на помощь.

Но внезапно боль отпустила, липкий туман рассеялся, а мужчина в шляпе растворился в воздухе. Только его голос, как эхо, повторял:

– А пойдём сегодня в клуб. У нас в клубе нет времени, и все живы.

Когда амбуланс забирал Софу, на улице совсем рассвело.

Солнечные лучи осветили двор, кусты сирени у крыльца и одинокую хозяйственную сумку, которая валялась на скамейке.

Без мужиков скучно

День близился к концу, багровое солнце пряталось за горизонт, а во дворе сидели три старушки и увлечённо беседовали, не обращая внимания на пёстрые краски вечернего заката.

– Ой, мой дед на старости совсем невозможный стал, – жаловалась одна.

– А мой и в молодости ангелом не был, – подхватила другая, – как накукарекается с утра, так все выходные испортит.

– Мой не пил, – перебила её первая, – зато целый день так нудничал, придирался, что выходные превращались в каторгу. То ему борщ не перчёный, то ему чай не горячий. Уж лучше б пил!

– Да все они сволочи, – вмешалась третья, – только без них скучно. Ой, как тоскливо.