Байки негевского бабайки

***

Когда наскучат жизненные драмы,

Любовь и кровь, страданья и измены,

признаемся, что часто в жизни дамы

мужик и кот, по сути, равноценны.

***

И сейчас еще бывает:

Слезки капают на блюдце,

Одиссеи уплывают,

Пенелопы остаются.

Но Земля не даром кружит:

Вопреки природе всей

кучу деток обнаружит

возвернувшись Одиссей.

***

О любви и свободе

Влюбленный безумен. И это бесспорно,

Когда он и вправду влюбился всерьёз.

И душу ему обнажить не позорно.

Такое, excuse me, невольное порно.

А для посторонних умильно до слёз.

Склоняя колени и гордую выю

Он перед любимой ничтожен и слаб.

В надежду вцепляются пальцы кривые…

Довлеют инстинкты, увы, половые.

Он чувствам своим не хозяин, а раб.

Но если безумье подавлено волей,

А это бывает, увы, не всегда,

Сквозь скорбь и печаль, сожаленье и боли

С любимой мы станем партнёры, не боле.

И если ей мало, то вовсе беда.

Нам сладко, когда остаемся одни мы,

Но тесно нам рядом.

Мы грешные люди. Мы не херувимы.

Любовь и свобода несоединимы.

Но жить хоть без той, хоть без этой – труба!

***

Татьянин день

Славословить Творца не престану:

и зимой в моём сердце весна.

Сорок лет как влюблен я в Татьяну.

Мне подруга она и жена.

В день Татьянин на радость и горе

наши судьбы Фортуна свела

и Бердянск, славный город у моря,

весь промерзший, был полон тепла.

И пылала любовь высшей пробы,

вылезала трава из земли,

таял снег, оплывали сугробы

когда вместе бульваром мы шли.

Чудный день, на события полный

И волшебнее не было дней.

И пусть катятся годы как волны,

нет милее Татьяны моей.

И сжимается горло и сушит.

Мне не нужно иной красоты.

И всегда в январе я Танюше

приношу и стихи, и цветы.

Пусть прекрасны Наташи и Лены

Пусть нежны, остроумны, юны,

только вот в близлежащей Вселенной

девы прочие мне не нужны.

Вижу сердцем прекрасную душу

восхищен, удивлен, умилен

и в свою дорогую Танюшу

я всегда, как когда-то, влюблен.

***

Не новая история

Я правдоруб. Мне врать невместно,

и потому бываю груб.

Гулял Петрарка, как известно,

хоть был великий однолюб.

Но тут, поверь мне, нет измены:

природа наша такова.

Мужик вернется непременно,

уплыв порой на день, на два.

Горит звездой любовь поэта

пока поэт уверен в ней.