Книжник

Только колдует резво, без посоха даже, и колдовство его такое же чёрное, как самая темная ночь.

– И что же этот маг?

– Перо Жар-Птицы искал здесь. А когда узнал, что птица сама давно в замке, и что Книга закончилась уже, направился в хоромы царя и ее забрал, а также жену царевича похитил. Сказал, что убьет ее, если Книжника пустят или помощь ему какую окажут.

– То есть в замок мне соваться опасно?

– Король приказал страже держать ворота под замком и не впускать никого. Всех, кто будет пытаться войти, на кол.

– Как я понимаю, вы здесь точно готовились к моему приходу.

– Еще как готовились, дорогой Страж! Так как замок закрыт, то царевич указал мне путь скрытный, по которому ребенком бегал. Сказал, чтобы вел я тебя тем ходом, если встречу. Вот и встретил.

– Тогда веди меня, серый, в замок! Поговорю с самим царевичем, да придумаем, как вам помочь.

– Прыгай на спину, донесу тебя, Книжник. Только держись крепче за шерсть, а то скачу я быстро.

Как бы быстро не скакал Волк, долгой была дорога, и только к вечеру они добрались до прохода в замок.

– Книжник, дальше нести не могу тебя, нельзя мне в тех местах появляться. Ты сейчас прямо иди, по тропе. Когда к мостику дойдешь через ручей, загляни под него – там увидишь лаз. В него и ныряй. А я пока ворона отправлю царевичу, чтобы он тебя встретил, как подобает встречать великого мага.

– Ага – хлеб, соль и баня?

– Скорее объятия царевича и, разве только кувшин с вином.

Волк не обманул, под мостом через небольшой ручей, резво бегущий куда-то на запад, был переброшен небольшой мостик на высоте около полутора метров. Под ним же оказался низенький лаз, укрытый корнями и свисающим мхом.

Первое впечатление о проходе, которое навязывало мысли о каком-то необорудованном рве в земле без упоров, было обманчивым. Метров через пять узкий проход неожиданно переходил в широкий коридор, сложенный из белого камня и освещенный аккуратными факелами.

Проходя вглубь, Книжник чувствовал, как за ним следит кто-то в узкую щель, проделанную в глазницах статуи, поддерживающей арку над массивной дверью. Свет его посоха настороженно дрожал. Цвет его был голубым, но периодически где-то в глубине проблескивали красные искры.