Рыжая бестия

Тот отпрянул от блондинки, как будто это она была сибирской язвой с положительными анализами. Лана похлопала длинными ресницами, ничего не поняла и уселась на диван. Матвей грустно констатировал, что будет очень трудно, если не сказать невозможно, рассказывать ей о своих якобы принципах. Теперь ему казалось, что судьба насмехается над ним вместе с довольной грудастой особой. Матвею показалось, что он стал ненавидеть женщин, и это испугало его еще больше, чем сибирская язва.

Этим вечером страдал не только Степанов.

Марьяна с Ксенией, верной и решительной подругой, избавлялись от всех вещей, напоминавших о Степе. По большому счету, о нем напоминало все, но остаться без спальных мест и кухонного гарнитура Марьяна не хотела. У нее не было средств обставить всю квартиру заново, зато была краска и кисточки, заботливо принесенные Ксенией из хозяйственного магазина.

– Сейчас мы перекрасим этот табурет. – Ксения склонилась над любимым табуретом Степанова.

«Об этом типе». Так они стали называть Степу между собой, чтобы лишний раз не бередить раненую душу Марьяны недостойным именем.

– Какой трафарет тебе больше нравится?

Ксения разложила перед подругой любовно вырезанные из плотного картона цветочки. Ясно, чем она занималась весь день на работе, рискуя вызвать неодобрение Борюсика. Впрочем, она тоже боролась, только не за клиентов, а за благополучие и душевный покой подруги.

– Эти, – вздохнула Марьяна и показала на цветочки, неуловимо похожие на ромашки.

– Отлично, – обрадовалась Ксюша. – Я купила белую краску! Но не забывай, у нас есть еще и голубая.

– Слишком яркая, – поморщилась Марьяна, представив ядовито-голубую табуретку на своей крохотной кухне. Такое пятно точно будет ей напоминать о том, что она перекрасила табурет ради бывшего жениха.

– Ничего, – пожала плечами Ксюша. – Используем ее в другом месте. Давай ночью покрасим Степанову входную дверь!

Идея настолько понравилась подругам, что они с энтузиазмом принялись перевоплощать табуретку.

Следом за табуреткой подобная участь ждала кухонный стол, за которым любил сидеть Степанов, и холодильник, который он часто любил открывать. Кухня в цветочном стиле несколько успокоила Марьяну, и она, не так уж сильно страдая, рассказала подруге о пышнотелой блондинке и коварном Степанове. Конечно, приятного было мало.