Арктика-2020

А теперь я вот спрашиваю – нужен ли мне такой медик, который не может вернуть мне лётчика? Что ж ты из него калеку делаешь! Отныне заруби на носу – вы с ним одной пуповиной связаны. Вернёшь его в строй – значит, нужен. Нет – иди в народное хозяйство коровам хвосты крутить!

На этом визит Главкома закончился.

Когда всё стихло, в палату вернулись главврач и травматолог.

– Что же с ним теперь делать? – посмотрел тоскливым взглядом на ногу Максима травматолог.

– Ломать! – решительно заявил главврач.

– Жаль, так хорошо срасталась.

И словно для того, чтобы убедиться в том, что злополучная нога всё ещё на месте, он постучал шариковой ручкой по гипсу. Выглядело это так, как будто решалась судьба всё того же злосчастного пня на поляне. Пилить или корчевать?

– Придётся всё начинать сначала.

– Начинайте, господа! – вдруг вклинился в их диалог Максим. – Ломайте, пилите, сверлите, но в самолёт меня верните! А то я ведь теперь знаю, кому жаловаться.

Колите ваши иммуномодуляторы для ускорения срастания! – он не был уверен, что это к месту, но где-то слышал. – Я на всё согласен!

Два медицинских светила уставились на него, как тараканы на тапок. Это же надо – говорящий пень!

Глава пятая

Жизнь под откос

3 июля 2020 г. Аэродром Нагурское, остров Земля Александры.

– Капитан Катков, выйти из строя!

Командир полка полковник Бриткин посторонился и указал рядом с собой.

– Выходи, покажись.

Страна должна знать своих «героев».

Кирилл раздвинул первую шеренгу и вышел, став рядом с полковником с безразлично-отсутствующим видом. Сегодня он снова опоздал на службу. До поздней ночи шатался по гарнизону, а затем банально проспал.

– Фу… – скривился Бриткин. – Перегаром несёт как от последнего алкаша!

По-летнему мягкий снежок тихо ложился на плац и залетая за воротник, приятно холодил шею. Кириллу было муторно, противно, и меньше всего хотелось сейчас что-то говорить и оправдываться.

Но от него оправданий и не требовали. Прошла та полоса уговоров и понимания, когда сочувственно похлопывают по плечу и просят одуматься. Теперь зазвучал карающий слог.

– За систематическое нарушение воинской дисциплины капитану Каткову объявляю строгий выговор!

По уставу Кирилл должен ответить: «Есть, строгий выговор!» Но из недр вырвалась омерзительная отрыжка, и Бриткин брезгливо отступил на шаг.