Торпедой – пли!

«Очередной спец или какой-нибудь доработчик», – подумал Дмитрий Николаевич. В этом как раз ничего необычного не было. На любом корабле или лодке флота их в избытке. Откомандированные от своих заводов, институтов, бюро, как вечные придатки к рожденной в их недрах аппаратуре или механике, доработчики всегда были рядом. К ним привыкают и уже не обращают внимания на слоняющихся по кораблю, как призрачные тени, людей в гражданских рубашках.

Старичок в шляпе замер у машины и со стороны наблюдал за принимающим доклад от командира лодки адмиралом.

Ему частенько приходилось работать с военными, и он был в курсе, что когда они играют в собачьи игры на тему «кто кому больше чести отдаст», именуемые воинским ритуалом, то к ним лучше не соваться. Наиграются, вспомнят и о нем.

– Как обстановка, Дима? – спросил у командира контр-дмирал Любимый.

– Позволяет, товарищ комдив.

Александр Сергеевич Любимый был неплохой комдив. В меру боявшийся высшее начальство, потому что, как и все, мечтал о достойных проводах на пенсию и квартире в средней полосе, но и с пониманием относившийся к подчиненным.

А потому среди командиров лодок пользовался уважением.

– Это хорошо, что позволяет, – задумчиво произнес он, глядя вдоль строя. – Ты вот что, экипаж распусти, а мы с тобой поговорим здесь.

Адмирал вспомнил о своем спутнике и, обернувшись, крикнул:

– Михаил Иванович! Вы проходите на лодку! Вас там разместят.

Ого! – подумал командир. – Это же надо, по имени-отчеству! Много чести для простого доработчика.

– Дима, ты отправь пару моряков в мою машину, надо ящики забрать. Но скажи, чтоб аккуратнее, а то там аппаратура хрупкая.

Это уже становилось интересным. Комдив обхаживает спеца, еще и явившегося со своим барахлом, будто какого-нибудь москвича, прибывшего из штаба флота для проверки. Командир еще раз покосился на гражданского. Старый очень. Обычно с заводов присылают инженеров помоложе. Хотя видно, что пытается молодиться, – кашемировое пальто, пестрый шарф на шее.

– Тебе, командир, выпала карта темная, – издалека начал адмирал.

 – Может, и козырная, а может, и пустышка.

Тут уж у Дмитрия Николаевича и вовсе мысли разбежались по щелям да закоулкам. На контрольном выходе, на многочисленных инструктажах и намека не было на что-нибудь необычное или темное. Поход как поход. Даже до полной автономки не дотягивал. Всего-то каких-то два месяца. И задача не такая уж и сложная. Следить за американцами, проводящими ученье в Бискайском заливе.