Баржа обречённых

Едва уговорили дождаться утра.

– Разорвет ошейник? – не поверил собственным ушам капрал. – Я не ослышался?

– Нет, Харрис! Этот отчужденный – тот еще тип!

– Любопытно. Береговой транслятор уже заглушен, выключай и ты свой. Оставим только буксирный. Если что, мы успеем приструнить это животное. Как будешь готов – выпускай! Оружие – к бою! – щелкнул пальцами подчиненным капрал Харрис и, на всякий случай, переставил флажок собственного пистолета на максимум. Против такого мощного луча не выстоит даже каменная глыба.

Полицейский подошел к фургону и осторожно поднес активатор к замку. Поставив задержку на открытие, он вставил щуп в замок, дождался контрольного щелчка и поспешил спрятаться в кабине. Дверь послушно распахнулась, но никто не появлялся. Заинтригованный Гай отодвинул в сторону Свимми и, подойдя к краю палубы, смотрел на темный проем фургона.

Прошло не меньше минуты, прежде чем из дверей выглянула голова, затем, лениво ступив на лестницу, арестант спрыгнул на землю.

– Да это же Шак! – неожиданно встрепенулся Лич. – Яхо, Крэк, Хали, сюда! Вы только посмотрите – это же Шак!

– Точно! Замотай мои потроха! Шак, и ты попался? Чтоб я сдох! – радостно заржал Яхо. – Давай, поднимайся к нам!

– Шак! Где бы мы еще встретились?! – радовался, бегая вдоль борта Лич, но его заглушил усиленный мегафоном голос капрала Харриса.

– Не такой уж ты и грозный, как я погляжу! Рогов у тебя нет, да и хвоста с копытами тоже. Отчужденный Шак, ты под прицелом! Поднимайся к своим приятелям, и если не будешь делать глупостей, я обещаю снять с тебя удавку первым! Даже если ты и сумел испугать судью Добмана, то это еще не значит, что подобное у тебя получится со мной.

Шак нехотя потянулся, расправил плечи, проводил взглядом рванувший с места вездеход, и, демонстративно зевнув, направился к барже.

– Вот и хорошо! – ухмыльнулся капрал. – Я всегда знал, что умею быть убедительным.

Он терпеливо дождался, когда Шак поднимется на палубу, и заглянул в рубку к рулевому.

– Полный ход! Давай уже поскорее заканчивать этот балаган! И чего Метью нашел в нем ужасного? Еще один дикарь, от которого избавилась городская община.