Ночи Кадира. Сага о Гленарде. Том пятый

– Послезавтра – это скоро? – удивился Гленард. – Почему же не завтра, если он очень заинтересован?

– Вы не знаете, как здесь делаются дела, ваша милость, – барон с грустной усмешкой махнул рукой. – Здесь никто никуда не спешит. Жара, наверное, влияет. Послезавтра – это практически мгновенно. Я иногда месяцами аудиенции дожидаюсь даже по важным вопросам. Если Галир на охоте, увлечен новой наложницей или просто в мрачном либо, напротив, в излишне романтическом настроении, то все дела ждут, и добиться встречи с Его Высокопреосвященством совершенно невозможно.

– Кто же управляет страной в это время?

– Как и в любое другое – визири, помощники и советники Его Высокопреосвященства, – пожал плечами барон Джеррард. – Их у Галира много. Не все толковые, но им как-то удается найти друг с другом подобие компромисса и держать страну в повиновении и относительном благополучии. Насколько это вообще возможно.

– И кто из них самый влиятельный? – заинтересовался Гленард.

– Джамал, – не задумываясь, ответил барон.

 – Дядя Его Высокопреосвященства.

– И командир Черных стражей?

– Именно так, ваша милость. Но его полномочия, не официально, но фактически, выходят далеко за пределы Корпуса Стражей Галирата. Можно без преувеличения сказать, что именно Джамал правит страной от имени Галира Айзифа.

– И Галир не боится отдавать так много власти в чужие руки?

– Генерал Джамал безупречно верен своему царственному племяннику. По крайней мере, ни у кого никогда не было повода в этом усомниться. И Галир Айзиф в той или иной мере ему доверяет.

– В той или иной мере?

– В полной мере Галир не доверяет никому. Но он никогда этого не покажет. Галир Айзиф вообще скуп на выражение любых эмоций. Я ни разу не видел его в гневе, и он ни разу при мне не повышал голоса на тех, кем он был недоволен. Просто спустя несколько минут такие люди бесследно исчезали в лабиринтах комнат дворца, и больше их никто не видел.

– А сам Галир? Он любит расправляться со своими врагами? Ему нравится присутствовать при их пытках, на казнях?

– Не могу знать, ваша милость.

И, честно говоря, надеюсь никогда этого не узнать. Но я сомневаюсь в этом, если честно. Галир не похож на тех, кто наслаждается мучениями своих врагов. В отличие от того же Джамала, скажем. Тот на всё способен. А для Галира, я думаю, такие люди просто исчезают, и он не заботится, что с ними потом приключается. Но еще раз подчеркну, это лишь мои домыслы.

– Я понимаю, ваша милость, – Гленард задумчиво кивнул.