Повелитель Теней

«Бог Смерти» – эта мысль мелькнула у обоих одновременно.

– Входите, – раздался холодный, четкий голос Кэрдана.

– Айра и Инеррен. Странное, но довольно мощное содружество Молнии и Повелителя Теней, – заметил Бог Смерти, делая несколько шагов навстречу людям. – Что же вам понадобилось в Обители Туманов?

– Источник, – честно ответила волшебница, толкая чародея локтем в бок: молчи, мол, говорить буду я.

– Интересно, – промолвил Кэрдан. – Еще ни разу его не пробовали покорить двое. Над этим стоит подумать… Отвечая на ваш невысказанный вопрос: Я вам мешать не стану.

– Спасибо, лорд Кэрдан, – наклонила голову Айра.

– Не за что, – слегка усмехнулся Бог Смерти (если можно назвать усмешкой слабое изменение тона), – со Старухой все равно вам обоим еще предстоит встретиться. Этого не избежать даже величайшим из магов.

– Но один мой знакомый, – заметила волшебница, – имеет на это право.

– Бессмертный? Кажется, его имя Даратр? – Кэрдану, судя по всему, незачем было заводить длинные пергаментные свитки, в которые записывались бы имена всех рожденных и умерших. Память Бога Смерти была настолько совершенной, что хранила полный список обитателей всех миров (в любой момент времени), на которые распространялась его власть. Собственно говоря, в этом истинная Власть и заключалась. – Здесь ты ошибаешься. В конце пути его также ждет эта встреча. Однако каждому всегда дается шанс победить в схватке со Смертью, даже простым людям.

– А как же рождение? – пробормотал Инеррен.

– Рождение – это та же смерть. Кроме того, момента рождения вы не помните, а момент смерти останется в вашей памяти и после нее. И исчезнет только вместе с этой памятью – тебе, Инеррен, это известно.

Чародей кивнул. Это уж точно: ни одной из своих смертей он не забудет никогда.

– Верно ли то, как мы поступаем сейчас? – спросила Айра. – Разрешено ли двоим завершать путь к Источнику?

– Безусловно, – произнес Кэрдан. – Но только сам Источник решает, кто из этих двоих достоин сил и власти. На это, Айра, не повлиять даже самим Богам Судеб… Кстати, о судьбах, – добавил Бог Смерти, – есть кое-кто, кто хотел бы потолковать с тобой…

Кэрдан раздвинул тяжелую ткань занавеса, открывая закрепленное на стене огромное зеркало.