Термитник. Энтомологический детектив

Или опять – тело родственника?

– Да, тут такое дело, – смутившись, ответил Тёма, – у меня знакомую ночью ранили сильно. На шее у нее тоже рана круглая была. Оттуда и кровь вроде не вытекала. Алексей Иванович, ты можешь осмотреть ее? Она тут недалеко на даче у моего друга.

– Почему не привезти в больницу? – Ответил доктор Колорадский, разглядывая отверстие в оболочке через предложенную лейтенантом лупу, – вези ее сюда, все осмотрим.

– Кого ранили, чего ты несешь? – Опять недовольным голосом спросил Тараканов, – ну-ка, колись обо всем.

И Тёме пришлось рассказать милиционеру и доктору о ночном происшествии со всеми подробностями. Тараканов только недовольно хмыкал на рассказ о милицейском заговоре, динэргате, наемных убийцах и замешанном в этом деле мэре Округи. Лёшу заинтересовал этот случай скорее с медицинской точки зрения, и он пообещал вечером после своей смены в больнице наведаться на дачу, где находилась раненая бабочка. Доктор Колорадский посмотрев на часы, извинился и сказал, что его время закончилось.

– Я Лизу попрошу, чтобы она с тобой сходила, хорошо? – на прощание сказал Тёма, – она знает, где дача, и я ей все объясню.

Доктор игриво подмигнул муравью и побежал по своим делам.

К каталке подошел долговязый Артур и накрыл тело простыней.

– Мне работать надо, мужики, – прогнусавил он, – вы еще кого хотите посмотреть, или все?

– Мы уходим, – отрывисто гавкнул Тараканов и по-военному развернувшись, пошел к выходу.

Тёма поспешил за ним. Они вышли из больницы и на минуту остановились на крыльце, собираясь с мыслями. Со стороны перекрестка проспекта Инсектицидов и проспекта Метаморфоз слышались громкое бумканье барабанов и взвизгивание труб. Сквозь музыку отчетливо слышались выкрикиваемые в мегафоны лозунги. У Тёмы проснулся журналистский интерес, и он навострил сяжки в сторону музыки.

– Что там такое? – Спросил он лейтенанта, – парад какой-то?

– Пошли, посмотрим.

Они дошли до перекрестка двух больших проспектов почти битком набитых народом. Говорить из-за шума было невозможно, и друзья пристроились на высоких ступенях универмага. По широкому проспекту Метаморфоз двигалась огромная упряжка отборной саранчи, накрытых праздничными красными попонами.