Термитник. Энтомологический детектив

– Что случилось? Что нужно?

Тиза приоткрыла дверь и выглядывала в щелочку. Вид у нее был бледный.

– Прости меня, – зашептала Тиза в полуоткрытую дверь, – мне что-то нехорошо совсем. Можно я лягу и посплю.

– Конечно, – ответил Тёма, приблизив свое лицо к ее лицу, в щели между дверью и косяком, – конечно, пошли в спальню. Я помогу.

Тиза не отпускала с той стороны дверь и явно смущаясь, сказала:

– Я тут немного испачкала у тебя. Нет сил убирать. Рука болит сильно, шея…

Её голос совсем перешел на шепот, а глаза стали закрываться.

Глава 5. Среда. Утро бегства

За окном забрезжил рассвет и Тёма выключил торшер. Тиза снова заснула, на это раз на Тёминой кровати в спальне. Она несколько раз стонала во сне, и он подходил на цыпочках и, стараясь не дышать, слушал. Бабочка что-то невнятно проговорила. У нее начинался жар, и Тёма не выдержал и сходил за Стрекозей. Была уже половина шестого утра, когда пожарный, одетый и умытый стоял в гостиной соседа с кружкой горячего кофе в руках.

– Температура растёт по экспоненте, – проговорил он вслух, – нужно что-то делать.

– Что за экспонента? – Не удержался Тёма, – говори нормальным языком, а не как ботан. Это плохо?

– Врача ей надо, вот что это такое, – окрысился Стрекозя, – в больницу надо везти. А вот с твоим уровнем образованием точно уже никакая больница не поможет. Даже психиатрическая.

– Сказала, что раскопала что-то такое для своей статьи про безопасность в Округе, за это на нее охотятся. И, по всей видимости, охотятся власти и наемные убийцы.

– Эх, придется разбудить ее сейчас, – крякнул с досады Стрекозя, – ладно. Ты думай можно ли ее оставить тут. Куда ее можно спрятать, если тут опасно. Где взять врача и кому можно доверять.

– Может быть тут и оставить?

– А не начнут ее искать в первую очередь по адресам коллег по работе?

– Паук тебя побери, ты прав.

– Вот ты и думай, – Стрекозя полез в свою сумку первой помощи, – а я пока дам ей лекарство какое есть и расспрошу подробно. Ты вроде говорил, что вы беседовали полночи. О чем говорили, если не об этом?

– Ну, так, – Тёма покраснел, – о всяком. Рисунки мои смотрели.

– Влюбился опять? – Стрекозя вытащил из сумки пару пачек таблеток и разглядывал их, – неисправимый ты романтик.