Хакер и его тень

По пути мне попались развалины некогда функционировавшего на территории санатория культурного учреждения, по архитектурному решению напоминавшего сельский клуб. Сейчас на этомм месте вяло шло строительство часовни.

Среди изгрызанных червями и кусков замшелых штукатурки на стройплощадке я не без умиления заметил древний лозунг, некогда украшавший сию постройку: «Слава советскому народу – строителю коммунизма».

Хорошо еще, что не «Ленин с нами», как в анекдоте про вендиспансер.

Моя клиентка действительно отзвонила в администрацию и мой визит не был неожиданностью. Можно сказать, что меня почти ждали. Во всяком случае, никаких препятствий для встречи с бывшим народным судьей мне не чинили.

Более того, администратор, поманив меня пальцем вглубь своего прохладного кабинета, продемонстрировал мне очередное послание, направленное Гагариной.

Получив от меня добро, он не без трепета вскрыл конверт и мы удивленно воззрились на потрепанную купюру в десять дойчмарок, вынутую из конверта.

Никаким посланием данное вложение не сопровождалось. Обратный адрес, как вы уже догадались, указан не был.

– У вас что – есть ларек, торгующий товарами, стоимость которых указана в условных единицах? – недоуменно спросил я у чиновника. – Или на территории пси… то есть, санатория, есть обменный пункт? Наверное, сдаете помещение в аренду?

– Нет, конечно, – заверил меня администратор, напуганный таким предположением.

– А зачем же тогда…

– Понятия не имею, – возмущенно проговорил он. – Какие бы цели не преследовал отправитель рисьма, это форменное безобразие! Как это могли пропустить, ума не приложу!

– У вас цензура?

– Да нет, не у нас, – отмахнулся он. – На почте. И не уензура, а выборочная проверка. Ведь в почтовой корреспонденции строжайше запрещено пересылать денежные знаки! Грубейшее нарушение существующих правил, понимаете ли.

– Вы полагаете? – рассеянно спросил я, внимательно изучая помятый конверт.

– Ну конечно же! – возбужденно потдвердил он. – Я ведь десять лет проработал на почте. Как сейчас помню инструкцию: взрывчатые и легковоспламеняющиеся предметы нельзя пересылать, яды, кислоты.

– А скажите мне пожалуйста… – я хотел задать важный вопрос, но администратора психушки уже нельзя было остановить.