Смертельный перелет

Если он сейчас не соберётся с мыслями, пострадают сотни невинных. Поняв, что время играет против них,       Носов встал с места и быстрым шагом подошёл к Борису.

?      Мы должны поговорить с ней, иного способа спасти людей нет, она на земле может связаться с кем угодно, – прошептал он, стараясь не быть услышанным.

?      Ты видел сообщение, этот урод где-то здесь, все видит и знает, говорит, что ты шифровальщик, это так? – спросил Тайницкий, тоже понизив голос.

Виталий лишь кивнул, чтобы не привлекать лишнего внимания.

?      Вот видишь, он в курсе кто мы и задумал таким образом, чтобы все оказались здесь для какой-то неведомой цели. Мы движемся по кругу, а тот всегда на шаг впереди, нельзя злить его и связываться с кем-то за пределами самолёта, иначе ты слышал, какие могут быть последствия, – продолжил оперативник, поглядывая по сторонам.

?      Я готов попытаться, нельзя оставлять все просто так, – возразил Виталий, взяв телефон в руку.

Однако Тайницкий быстро выхватил его и кинул в унитаз между ног бездыханному телу, сразу нажав на кнопку смыва.

?      Что ты творишь! – взревел Носов, но было уже поздно.

?      Этот человек способен на все! Если он заподозрит неладное, то взорвет бомбу и убьёт твою жену. Ты прекрасно понимаешь, что, если он нанял несколько киллеров, разве сложно будет найти ещё одного? Единственный вариант – разобраться во всем здесь, вместе.

Сейчас Виталий ничего не хотел слышать. Было желание сбежать отсюда как можно скорее, но других вариантов разрешения проблемы, кроме как докопаться до истины просто не было.

?      Хорошо, идите, а я пока попробую сломать его шифр, – заявил он, достав из кармана пиджака всегда припасённые с собой блокнот и ручку.

Глава 13.Известие от мужа

Татьяна сидела за темным письменным столом, задумчиво уставившись в монитор и прислонив к уху наушник. В помещении царил полумрак, и лишь яркий свет от небольшой лампы, стоящей по правую от неё руку, разрезал темноту на несколько участков, отбрасывая на округу пугающие чёрные тени. За окном, плотно закрытом толстыми непрозрачными шторами, в свои права давно вступила ночь.