Чьи чары сильнее

Та беззвучно открылась и Цельт вошёл в комнату.

В этих покоях Кей Цельт был десятки раз. Он знал, что есть ещё три двери, ведущие в это место. Учась на факультете магической криминалистики, располагающимся в этом замке, Цельт был самым прилежным слушателем. Его заметил Канцлер, в те времена лично ведущий предмет криминалистической медицины. С тех пор юный чародей часто посещал эти покои, он знал, что это любимое место нахождения Канцлера. Воспоминания всегда были приятными, в комнате, как и тогда, в юношестве, было тепло, камин, выполненный в виде капли, свисающий с потолка, распространял вокруг себя приятный запах сандала, дрова потрескивали, успокаивая мозг и упорядочивая мысли.

Стены комнаты всегда покрывали ковры, привезенные с южных земель. Дверь, выходящая на террасу, была выполнена из разноцветного стекла и сейчас, пропускала в покои последние лучи заходящего солнца.

За громоздким столом, стоявшим под главной скрижалью чародеев, сидел Канцлер Чародеев Графф Родарбал.

Он взглянул на вошедшего, на его сосредоточенном лице появилась улыбка.

– Позвольте войти? – Кей спросил разрешение, будучи уже в покоях.

– Входи, мальчик мой, входи – произнёс Канцлер и поднялся навстречу молодому чародею. Цельт склонил голову и стал на одно колено перед Родарбалом, в знак почтения. Канцлер поднял его и обнял, похлопав по спине.

– Рад вас видеть в здравии, – радушно произнёс Цельт. Чародей кинул взор на скрижаль, и по его телу пробежала легкая дрожь.

Так было всегда, сколько помнил себя Кей, скрижаль из раза в раз заставляла трепетать его нутро.

– И мне приятно видеть тебя, – в ответ произнёс Графф Родарбал и тут же перешёл к делу, – как твоё расследование, что удалось обнаружить?

– Расследование завело меня в тупик, – начал свой рассказ чародей, – в деревне упадок нравственности и полное отсутствие социальных ценностей. Пропали два человека, одну женщину не хватились бы, если она не носила продукты на продажу в лавку, а ребёнка, на мой взгляд, прировняли к домашнему скоту…

– Суть, Кей, – поторопил канцлер.

Осмотревшись, Графф щёлкнул пальцами и на стенах ярче загорелись свечи в канделябрах.

– Мною обнаружены чуждые следы, они не относятся к разряду рукотворных и не поддаются классификации. Эти следы обнаружены на месте пропажи женщины…

– А ребёнка? – нетерпеливо перебил Графф.