Рейс налево

– Но я-то не живу в Петушках, – прищурился Кудрин, – и дом, в котором вы сейчас находитесь, тоже стоит не в Петушках! И вид из окна, – он схватил блондинку за руку и подтащил к темному окну, – совершенно не петушковский!

– Отчего же, – не согласилась та, – огни везде одинаковые. Вон там сквер, а там памятник Ленину.

– Чайковскому! – выпалил Кудрин. – Памятник великому композитору, чей музей находится в Клину! И вы находитесь в этом же месте!

– Я нахожусь в музее? – Липа отступила от Кудрина на шаг.

– Ха-ха! Теперь по сценарию вы должны поинтересоваться, зачем я поменял памятник Ленину на памятник Чайковскому. – Он возбужденно принялся расхаживать по комнате.

– А зачем ты их поменял? – повторила Липа, у которой от его мельтешения закружилась голова.

– Да ничего я не менял, голубушка! Ничего. Просто вы попали в другой город. Этот, – Кудрин принялся тыкать пальцем в пол, – город Клин! А вы живете в Петушках! Где вы должны были встречать Новый год со своим женихом?!

– В Петушках, – повторила блондинка и подошла к столу.

– Прекратите пить, алкоголичка, – разъярился Кудрин, – и включите свои журналистские мозги.

– Приказывай своей невесте, – скривилась Липа. – Ах, да, я и забыла, она от тебя сбежала!

– А ваш жених не придет! Он-то не знает, что вас занесло к черту на кулички!

– Хорошего же ты мнения о своем городе, – вздохнула Липа и залпом выпила шампанское.

На плазменном экране разворачивалась трагическая сцена возвращения Ипполита.

– Я ей позвоню, объясню все, как есть, и она ко мне обязательно вернется, – заявил Кудрин, мельком взглянув в телевизор.

– Как же, – задумчиво проговорила Липа, – разве ж она поймет, что можно так ошибиться. Как тебя там, я что, действительно в Клину?!

– Максим, – буркнул тот, довольный тем, что до нетрезвой девицы наконец-то дошло, что она ошиблась адресом.

– Это в том самом Клину, где есть музей Чайковского и куда должен был приехать на рождественские праздники сам Негонини! Бедная Вика! Она должна была взять у него интервью!

– До Рождества еще далеко, – пожалел неведомую Вику Кудрин. – Еще возьмет.

– Ты не понимаешь, – тряхнула кудряшками Липа, – с ним было очень тяжело договориться о встрече, известный скрипач не любит журналистов.