Редактор

Вот эти-то каркасы мне приходилось рассчитывать и строить, а посему пришлось заняться в том числе и архитектурой.

Грустно и несколько трагично расстался я со своим учителем Андреа дель Верроккьо. Он много лет посвятил моему обучению, но до последнего считал меня подмастерьем (звание далеко не уничижительное – у него в мастерской работал сам Боттичелли), многие продолжали работать с мастером, потому, что он был знаменит и получал заказы от многих знатных домов Италии. Это были денежные заказы, получить которые, молодым мастерам было не суждено.

Мастер же иногда позволял выполнить часть работы своим ученикам, при этом упоминал о них перед заказчиками, и это было лучшей рекомендацией.

В то время мастер взялся за выполнение заказа «Крещение Христа» (Battesimo di Cristo) и по началу, он исполнял его самостоятельно, не поручая его никому, а особенно мне – он знал, что я не очень набожен и отношусь к религии скорее как к традиции, чем как к основе цели полагания человека. Но со временем он то ли устал, то ли тема перестала его привлекать и вдохновлять, заключительная часть написания холста задерживалась и скажу больше – откровенно не получалась.

Вся левая часть картины находилась, в каком-то хаосе воплощений, постоянно переделывалась, менялись герои и мотивы, но законченности ни в смыслах, ни в изображении добиться так и не удалось.

По истечению какого-то времени мастер сделал попытку передать полотно своему любимцу Перуджино, но результат был тот же – много техники и красок, но нет картины.

Я начал замечать, как мастер начал задерживаться допоздна, а потом начал приходить пораньше, а затем просто пить….

Однажды утром, с одуловатым после вечерних возлияний лицом он зашел в мастерскую, посмотрел на ненавистное полотно, и сказал:

– Леонардо (он называл меня полным именем, только в минуты настоящего раздражения), я уеду на день или два принять морские и солнечные ванны, надо подлечится, поправить здоровье, отвлечься наконец, – немного помолчав и в задумчивости пожевав губами, он продолжил, – ты знаешь я взял заказ на картину евангелического содержания, а у меня сейчас много работ и забот попробуй заполнить левый край по своему усмотрению, посмотрим есть ли у тебя вкус и стиль…

Немного постояв, он глядел мимо меня, словно пытаясь дать последние наставления, но потом словно передумав он вдруг шумно вздохнул, резко развернулся и стремительно вышел…

Я работал весь день, всю ночь и все утро.