И. О. Б. История так, как была. Мы смотрим на мир, но не видим его целиком

– Да что ты? Тебе не ясно на что ты способен ради поиска Легиона? – его вопрос и взгляд были ненавязчивыми, дружелюбными. Он предлагал компромисс моим проблем.

– Какой твой интерес? – он говорил с намереньем. Время остановилось. Птицы замерли на закате, застыв как картина. Собеседник остановил мир для нас двоих. Он силен.

– Я тот, кто лишил его целостности. Я заточил его в душу человека. Игра набирает темп и приходится действовать.

– Чего ты просишь? – заинтересованно я.

– Найди Легиона. Приведи ко мне.

– Почему он так просто расскажет мне о войнах? – Ворочая её в руке, пытался понять что это.

– Расскажет. Человек позволит в нем рассказать все. Удачи.

ПРОСЬБА АШАНИНА

Камагин стоял перед дверкой в архив, где работал Петр Николаевич. Местная легенда, оставившая после себя только один глухарь. Дело Ашанина. Он потерял семью на этом деле, а как сказали, что оно закрыто, ушёл в архив. Камагин сдружился с ним и всегда просил совета по тупиковым делам.

– Николаевич. – Задорно крикнул Витя.

– Камагин, чай будешь. – Крикнул Николаевич из глубины архива, – у меня тут рулетик.

Петру хватило одного взгляда понять, что твориться с майором. Непонимание и животный страх сдерживаемый опытом работы в органах. Камагин молча положил дело и спросил.

– Есть покурить, чего ни будь?

Камагин знал, что на крайней случай у Петра всегда припрятана марихуана.

– Видимо совсем плохо. – Петр поставил небольшой кальян, вытащенный из сейфа, посредине стола сел напротив. – Присядь и расскажи, старому Николаевичу о своих проблемах.

Петр считал, что Камагин в очередной раз пришёл поговорить о каком-то мошенничестве, но видя как он, молча с напуганными глазами, протягивает дело, удивился. Достал кальян из сейфа, посмотрел на майора и вытащил черный пакет. Сел напротив раскурил с другом кальян. Взял дело и принялся изучать.

– Попал, ты Витек. Похоже это маги.

– Ты гонишь! – усмехнулся Камагин в надежде, что Петр шутит, но его серьезный взгляд испугал майора еще сильней. Он говорил серьезно.

– Нет, не гоню. Я столкнулся с ними.

Мы были молоды. Мир сложился своими правилами, и все казалось завершённым, не подлежащим сомнению. Наш строй говорил, что магии нет, мы так и жили. Вызов был в полночь, на кладбище. Там кто-то кричал.