Цветы и сталь

Оба мужчины были вооружены большими ножами, но не успели их достать, вероятно, не ожидая нападения в этой местности.

– Сволочи… – хмуро процедил Гленард.

– Альвы? – спросил Латий, стоявший справа от него.

– Похоже на них. Раны нанесены тонким острым оружием. Похоже на альвийские сабли. И они издевались над крестьянами, прежде чем убить, избивая их и ломая им кости.

– Зачем им это?

– Не знаю. Может быть, и просто так. Развлечься. Может быть, отомстить за что-то. Может, обучают молодых альвов, как правильно обращаться с людьми.

– Ненавижу альвов! – горячо воскликнул Латий.

– Ну, среди них немало и весьма достойных личностей, – возразил Гленард. – Со многими из них мы воевали в одном строю, и многие живут мирно как верные подданные Империи, принося немалую пользу нашим землям. И им даже стыдно за таких вот их сородичей.

– Всё равно, что-то в них не так…

– Будь разумнее, Латий. Впрочем, сейчас не время для долгих серьезных разговоров.

– Тогда, нужно поспешить.

– Вперед! – скомандовал Гленард и пришпорил коня.

Едва приблизившись к деревне, они заметили необычную тишину. Деревня была небольшой: два десятка покосившихся одноэтажных белых каменных домиков, крашеных известью, стояли по обе стороны дороги. Чуть в стороне были разбросаны амбары, конюшни и иные хозяйственные постройки. У подножья известнякового монолита в стороне от дороги, известного как Белая Скала, располагался небольшой круглый храм Двух Богов.

Обычно здесь были слышны крики и смех людей, звуки молотков и пил, блеянье овец, ржание лошадей, в общем – обычный деревенский шум. Но сейчас вся деревня была погружена в какую-то напряженную тишину.

Гленард отправил Латия с двумя разведчиками обойти деревню по горам и посмотреть, что происходит в округе и позади деревни, а сам с остальными спутниками направился по дороге прямо в деревню.

Въехав в деревню, они сразу увидели альвов. Пятеро стояли метрах в тридцати от въезда в деревню, прямо посреди дороги. Справа и слева от дороги стояли по два молодых альва-мужчины, лица которых были покрыты зеленой боевой раскраской. В центре дороги гордо выпрямилась высокая альвийка в длинном белом шелковом платье с вышитой большой ярко-красной розой на левой груди. На ее светлых прямых волосах, струившихся почти до пояса, лежала серебряная диадема.