Цветы и сталь

Может, оголодали, может, надоело скитаться в приграничье – их же ни Империя не примет, ни Кадир. Вот и решили умереть достойно. Впрочем, что то мне подсказывает, что всё не так просто.

– Думаешь?

– Думаю.

– О том же, о чем и я?

– Конечно, отвлекающий маневр.

– Я вышлю разведчиков, – предложил Славий.

– Я пойду, – вызвался Гленард.

– Ещё чего. После дозора, после боя и сразу в разведку? Что ты там увидишь, усталый? Иди, отдыхай, – твердо возразил Славий.

– Да ладно, у тебя всё равно здесь нет лучшего следопыта, чем я! – возмутился Гленард.

– Верю, дружище. Но иногда нужно остановиться и пропустить вперед других, хотя бы менее усталых. Я тебе обещаю, если что-то найдем, я пошлю тебя разбираться с этим.

– Хорошо. Только выбери лучших: Лоррена, Вацека, еще кого-нибудь. Пусть обследуют горы по обеим сторонам ущелья. И пусть очень внимательно смотрят под ноги. Альвы и сами ходят, едва касаясь земли, так и лошадей своих обучили тому же, уж не знаю, как у них это получается…

– Обязательно, Гленард.

А сейчас иди, отдыхай, пожалуйста. Только слишком сильно не расслабляйся, мало ли чего они там найдут.

– Конечно, – кивнул Гленард.

Сорок минут спустя разведчики вернулись с донесением. На пологом склоне горы, слева от форта, обнаружены свежие следы примерно пятнадцати лошадей с альвийскими подковами.

Глава II

Гленард верхом ехал по ущелью во главе отряда из двадцати пяти солдат.

Ошибиться с направлением движения было невозможно. Альвы могли пойти только по ущелью вглубь Империи, подальше от границы и пограничного форта.

Форт стоял посреди ущелья, служившего хоть и не самым популярным, но время от времени используемым торговым путем между югом Империи Андерриох и севером Кадирского Галирата. Небольшая крепость находилась как раз на южной границе Империи, прикрывая собой выход из ущелья.

Таким образом, позади форта было ущелье, по дну которого была проложена дорога, по бокам – невысокие, но крутые скалистые горы, а перед фортом расстилалась широкая долина, поросшая еще не успевшей высохнуть под палящим южным солнцем зеленой зимней травой.

По долине текла с гор небольшая река Пастушка, по берегам которой росли редкие дикие оливковые деревья.

Где-то в двадцати-тридцати километрах к югу, за еще одной грядой гор, начинались владения Кадирского Галирата.