Тайна горы Багдачан

Уже первые, показавшиеся дома выглядели сильно потрёпанными, а на некоторых, под весом снега проломилась крыша. Охотник уверенно пошел к хорошо сохранившейся, на фоне других, избе, стоявшей с правого края, в то время как Потапыч и Николай в нерешительности остановились при виде столь печальной картины. Семин поднялся на крыльцо дома и стал что-то осматривать на полу, потом резко обернулся и крикнул:

– Потапыч, ты бы подошел сюда.

Старый денщик подошел к входу в дом. Немного помедлив, он поднялся по ступенькам и остановился.

Деревянный пол был покрыт пылью и занесенными сюда с улицы сухими листьями. Однако под всем этим четко проглядывались большие, бурые пятна. Дверь в дом была сломана, а около порога лежали какие-то скомканные тряпки. Старик медленно нагнулся чтобы лучше рассмотреть, но тут же выпрямился.

– Это же рука, человеческая, а там прядь волос – тихо, почти шепотом произнес он, указывая на тряпки.

– Да, длинные, седые. У бабки Михайловой тоже были длинные очень.

Думаю, это то, что от нее осталось. Однако смотри, рука не оторвана, а как будто отрезана. Ровно так.

Потапыч вздрогнул от этих слов.

– Надо чтобы Коля не видел. Он впечатлительный – почти умоляюще сказал старик.

– Да, пожалуй, ты прав. Ладно, тут все ясно, хозяин дома видимо тоже не спасся.

Семин с Потапычем вышли из дома и здесь к ним подошел Николай.

– Погибли старики. Вероятно, стая волков – мрачно произнёс охотник.

– А как это волки не побоялись в деревню зайти? – спросил Николай, который догадался, что в доме что-то нашли, но знать подробностей он не хотел.

– Думаю, они почувствовали, что здесь нет ни собак, ни охотников, и пришли. А у Михайловых курятник небольшой к дому пристроен, вот они сначала там похозяйничали, а потом и за хозяев принялись.

– А тот несчастный, что на дерево залез, на него тоже волки напали?

– Что касается Саньки, то думаю, он встретился с ними на въезде в деревню. Понял, что телегу развернуть не успеет и спасаясь, полез на дерево.

А пока волки его лошадь поедали, ему слезть было невозможно. Вот от страха и помер.

Все трое вернулись к саням. Покойника накрыли снятым с брошенной телеги куском холстины, и траурная процессия отправилась в село. Саньку не повезли в Котловку, поскольку никого из его родных там не было, а похоронили на местном кладбище в присутствии старосты и сельского священника.

После этого случая жизнь в селе вернулась в свое русло.