Ведьмины сказки

Новый священник Флабий выслушал Аду и произнес:

– Дорогая Ада, на все ли ты готова ради рождения дитя?

– На все, святой отец! На все! – сказала Ада, широко открыв свои маленькие глаза. Она всматривалась сквозь решетку, пытаясь различить за ней черты священника.

– Вот что я тебе скажу Ада. Послушай внимательно и прими мои слова со смирением. Бог тебе ребенка не даст. Но если ты попросишь, тебе помочь смогу я. Только попроси, Ада, – голос священника задрожал, как будто в сладострастном предвкушении греха.

– Прошу, святой отец, сделайте мне ребеночка. Очень прошу!

Флабий вышел из исповедальни, стянул через голову рясу и позвал Аду. Женщина вышла из-за ширмы и увидела голого священника.

– Грех-то какой! – воскликнула Ада и со смирение склонила большую голову.

Священник был невероятно силен. Он как пушинку развернул лицом к стене тучную Аду и наклонил ее, положив тяжелую руку на спину. Ада раздвинула слоновьи ноги.

– Только не поворачивайся, Ада, только не поворачивайся, – застонал Флабий.

Ада почувствовала внутри себя Флабия.

– Не смотри на меня! – шикнул в исступлении Флабий, когда Ада попыталась повернуть голову.

Через девять месяцев Ада родила. Но пока была на сносях никто не заподозрил ее в беременности: ее итак огромный живот лишь немного увеличился в размерах.

Ада жила на втором этаже ночлежки, в крохотной комнатке с низкими потолками. Ребенок вышел из нее необычайно легко. Ада перегрызла пуповину и очистила рот красивого малыша от нечистот.

– Ада, кто у тебя там, ребенок что ли плачет?

– Нет, нет уходите.

Малыш почувствовал тревогу мамы и сразу же замолчал.

Ада заботилась о младенце, и он отвечал ей взаимностью. Его маленькие ручки тянулись к Аде, она брала его на руки, и малыш обнимал большую голову мамы.

– Какой же ты славный! – говорила Ада и целовала его в живот.

Однажды Ада пришла к священнику Флабию и попросила его покрестить ребенка.

– Конечно, я его покрещу, Ада. Но давай дождемся, когда у него начнут резаться зубки. И тогда я сразу крещу, – сказал Флабий, – а это для твоего малыша.

Флабий протянул Аде небольшую искусно сделанную подушечку. Ах, как хорошая была это подушечка: мягкая, с кружевами по контуру.

Через семь месяцев у младенца начали резаться зубы. С каждым днем малыш был беспокойным. Он кричал, мучаясь от боли. Крики участились и усилились.