Небесный механик

На его лице мелькнуло удивление, потом страх – многотонный железный паровик ударил его тупым носом в бок, подмял под колеса и выбросил позади, спустя десяток метров.

Крик жертвы заглушили визг тормозов и восклицания людей на тротуаре. Аскольд застыл с открытым ртом, противясь мысли о том, что ученый погиб.

– Почини мотор! – выдохнул Горский и побежал к Ларне.

Через пару секунд он уже переворачивал тело, щупал пульс на шее, но даже Аскольду было ясно: Ларне мертв. Остекленевшие глаза ученого смотрели в небо.

Горский быстро проверил карманы мертвеца, неуловимым жестом заправского воришки извлек бумажник и спрятал у себя под курткой.

Затем поднял голову, оглянулся на толпу, сквозь которую протискивался водитель дилижанса, и заорал:

– Держите шофера!

Свидетели на тротуаре зашевелились, раздались беспокойные голоса. Кто-то начал звать полицию, и Аскольд вышел из ступора. Выскочив из авто, он, пока все отвлеклись от дороги, подобрал портфель, лежавший там, где случилось столкновение, и быстро вернулся.

Поднял боковую крышку на передке, заглянув в мотор, – ну вот, опять керосин к горелкам плохо поступает, подкрученный вентиль почти перекрыт… Аскольд стянул перчатки, перевел разболтанный флажок вентиля вверх, достал из походного набора связку отмычек, распрямил проволочное кольцо и притянул проволокой флажок к патрубку, подающему керосин в горелки. Все, теперь точно не слетит.

– Можем ехать? – Рядом с авто появился Горский.

– Да. – Аскольд хотел распахнуть перед куратором дверцу, но тот, отмахнувшись, сам забрался на заднее сиденье.

– Не стой столбом! Гони в город.

Аскольд прыгнул за баранку и вперился взглядом в дорогу. Он гнал авто так, что ветер свистел в ушах.

Вскоре Горский похлопал его по плечу, попросив сбавить ход, свернуть на тихую улочку и остановиться.

– Снимаем маскировку, – приказал куратор и сорвал накладную бородку.

У Аскольда не было грима – бо?льшую часть лица скрывали шоферские очки, – поэтому он, вооружившись пропитанной растворителем тряпкой, в первую очередь смыл эмблемы таксомоторной компании на дверцах и только после этого стал переодеваться.

Горский тем временем, облачившись в светлый клетчатый пиджак, поднял у авто матерчатый верх, закрепил его шпингалетами по краю лобового стекла и занял место водителя.

– Я готов, – сообщил он.

– Я тоже. – Аскольд сменил шоферскую куртку на модный сюртук. На голове у него вместо кожаной кепки теперь красовался черный цилиндр, в руке появилась тросточка.