Дыхание льда

– Простите, господин министр, – заговорила Ева, – а вам не кажется, что он просто тянет время?

– Для чего? – уточнил президент.

– Буду откровенна. Изначально вы не планировали отправлять меня на Аляску. И вообще, собирались провести задержание крупными силами Бюро и канадской полиции.

Министр и прокурор невольно кивнули.

– Значит, – продолжила она, – Макалистер узнал о ваших планах арестовать его и передать русским. И поэтому я здесь. Но Макалистер ничего не делает просто так. Ему нужны эти три недели.

В комнате воцарилась тишина.

Используя передышку – в животе у Евы давно предательски урчало, – она отпила из кружки чая и отправила в рот пирожное.

– Баронесса права, – нарушил молчание первым Викершам. – Макалистер пытается нас отвлечь.

Прожевав пирожное, Ева быстро покончила с чаем и села прямо.

– Значит, мы должны опередить его, – заключил президент. – Баронесса, вы поможете опознать преступника и, если агенты и конная полиция Канады окажутся бессильны, покончить с ним.

– Да, сэр. Я готова.

– Рад за вас. Но до того постарайтесь как можно плотнее контактировать с русским резидентом, всячески его отвлекать, чтобы он не узнал о нашей главной цели и ничего не заподозрил.

Словосочетание «плотнее контактировать» прозвучало слишком двусмысленно, но она лишь кивнула.

Президент поднялся с дивана и объявил:

– Макалистера нужно уничтожить любой ценой.

Глава 3

В погоне за призраком

Погода над Уналашкой менялась стремительно. Когда Аскольд, давя на педали, подкатил на велосипеде к порту, в небе собрались тучи, заморосил дождь, остров накрыли сумерки.

Порт – два небольших деревянных пирса и складской амбар, – казалось, вымер. Пароход-корвет «Линкольн» стоял у причала; черный борт, надстройки и мачты терялись в сгущавшейся мгле, нависшей над бухтой. Хорошо еще, ветер здесь особо не ощущался, но вдалеке на море виднелись белые барашки волн.

Аскольд подрулил к шторм-трапу, бросил велосипед и быстрым шагом поднялся на борт, где нос к носу столкнулся с вахтенным матросом, прятавшимся в тени под нависавшей сверху палубой. На просьбу проводить к капитану матрос испуганно сверкнул глазами и ответил отказом – совсем юнец оказался, возможно, даже не матрос, а юнга, дотошно исполнявший устав, не позволяющий оставить пост.