Зимопись. Путь домой. Аз

После «сплочения команды», закончившегося всеобщими обнимашками и поцелуйчиками, именно Ярослава поддержала Варвару, когда та схватила меня у озера, чтобы общими усилиями заставить стираться вместе со всеми. Она радовалась, как здорово ходить без одежды, и, кстати, именно из Ярославы вышел самый похожий на правду человолк: ничего не стеснявшийся, передвигавшийся грациозно и естественно, невзирая на мое противоположнополое присутствие рядом. В то время мне казалось, что царевна меня соблазняет, то есть что я ей нравлюсь и она изо всех сил привлекает к себе внимание.

Ярослава проявляла наибольший энтузиазм на «уроке», выказывая невероятные знания и умения, и на следующий день требовала его продолжения.

Впечатления остались незабываемые, воспоминания не вытравить огнем. Помню откровенный немигающий взгляд царевны, ее прикушенную губу, облизывающийся язычок. Помню то, что не должен бы не только помнить, но и видеть, знать, чувствовать…

И после всего этого…

Не понимаю. Наверное, для человечества в целом хорошо, что все люди разные, но некоторых мне хотелось бы понимать лучше.

Поскольку нормальной логике (то есть, моей) их поступки не поддавались.

Из-за таких, как Ярослава, я и себя хуже понимаю. Шел сюда – мечтал остаться незаметным. Казалось бы, мечта сбылась: все просто замечательно, меня, как и хотелось, не замечают. А мне обидно. Как это понимать?

Глава 6

Дядя Люсик рассказал заготовленную легенду:

– Согласно распоряжению следую с двумя амнистированными спутниками в темный дом, там должен получить следующий приказ.

Он вновь поднялся и с поклоном подал Ярославе наш документ. В башне его титул и должность не котировались, это в школе ученица обязана слушаться распорядителя, а здесь, на чужой территории, оставленная за хозяйку царевна при желании могла и казнить. При последующем разбирательстве рассматривались бы в основном ее мотивы и аргументы, и если все окажется в рамках закона, то до точки зрения второй стороны дело могло не дойти.

Мы все понимали, а царевна не забывала напоминать – как действиями, так и предельно равнодушным внешним видом.

Из башни Яны в разные стороны вели две дороги. По широкой «царской» которую я назвал бы «трассой федерального значения», мы пришли сюда от развилки. Вторая, местная, представляла из себя утоптанную ногами и копытами тропу с накатанной колеей для телег, она уходила в нужную нам сторону – к темному дому.