Охота на медведя

Усердие, целеустремленность, практичность.

Гринев поморщился:

– Азартная перспектива.

– Реальная.

– Я устал от той жизни.

– Тем лучше, поживи пока этой.

– Я хочу завершить игру. Дело. Ты не понял, Борис. Не собирался я переть против паровоза, наоборот: хочу прицепиться к этому скоростному локомотиву вагончиком и взлететь! Сейчас на девяносто пять миллионов можно скупить столько акций, что при взлете...

– «Голубой вагон бежит, качается, скорый поезд набирает ход...» – грустно напел Чернов.

 – Ты болен, Медведь. Моя вина. В том, что я этого не заметил.

Время от времени с биржевиками такое случается. Игра становится наркотиком, и человек уже не соизмеряет своих возможностей с объективной реальностью. Может, тебе действительно подлечиться? В Штатах есть хорошая клиника.

– От чего там лечат?

– От неуемных амбиций.

– Фабрика муляжей?

– Мир вообще – фабрика муляжей, а то ты не знаешь? Людям только кажется, что они мечутся. На самом деле – плавно так бегут по кругу.

И не у всех цирк этот так комфортен, как у нас с тобой. А нам... нам еще повезло: мы эксплуатируем алчность тех, кто успел наворовать м н о г о. И – делаем свою игру.

– Или – чужую.

– Чужую? – Чернов посмотрел на Олега пристально, внимательно. – Хорошая мысль. Очень хорошая. Очень.

Глава 25

Олег закрыл лицо руками. Произнес тихо:

– Я устал. Завтра понедельник. Рабочий день. Мне нужно вернуться в Москву.

С деньгами. И продолжить. Верни деньги, Борис.

Я официально возьму на себя все претензии кредиторов. Как партнер – имею право.

Чернов лишь усмехнулся криво:

– Болезнь приобрела необратимый характер.

– Борис, а помнишь средние шестидесятые?

– Лучше, чем ты. Тебя тогда еще не было.

– Студенческие баррикады Парижа, Штаты, Германия. И лозунг времени:

«Будьте реалистами – стремитесь к невозможному».

Чернов усмехнулся:

– Времена меняются, нравы остаются. Те мальчики переросли свои идеалы. И стали вполне успешными бюрократами.

Такова жизнь.

– Значит, я пока росту. Может, еще образуется?

– Ты слишком игриво настроен, Медвежонок. Я тебе все сказал. – Чернов вздохнул:

– Боюсь, тебе уже поздно. Как в том медицинском анекдоте: «Больной перед смертью потел? Очень хорошо!» Олег молчал с минуту. Потом отчеканил:

– Я все продумал, Борис. Все. И намерен идти до конца.

Чернов усмехнулся криво:

– Мне стоило это учесть... Шизофреники всегда «идут до конца».