Мужское счастье

Иван погрустнел. Только что казалось, что одна из тайн вскроется, рано или поздно об этом заговорят, Иван узнает правду и порадуется, что в свое время именно он помог следствию.

– Лучше бы Стольский не давал советов, – тихо добавил Коляус. – Одно дело – дать заключение на основе собственного опыта, другое – запрещать совать нос. Моя интуиция просто вопит, что надо тянуть эту ниточку. Теперь меня интересует все, что касается Тихомировска.

Иван все чаще поглядывал на часы.

– Ты слышал слово «лиапата»? – спросил Коляус.

– Нет. Что это? Или кто?

– Пока не знаю. В том, что происходит в городе, это слово играет неведомую важную роль. «Лиапата» – выкрик, с которого начинались избиения., он может означать оскорбление, по какой-то причине обидное для местных, или пароль-опознаватель «свой-чужой», чтобы отсечь чужаков или, наоборот, чтобы призвать к действиям под девизом «бей чужих», или такой же пароль для совместных действий, чтобы наказать отступников некой касты, секты, масонской ложи, тайного рыцарского ордена… В общем, «бей своих, чтоб чужие боялись».

– Или оно может быть именем, – предложил Иван. – Вроде взывания к языческому богу, чтобы посвятить ему жертву.

– Тоже верно.

– Само слово «Лиапата» что-нибудь значит?

– В Болгарии есть экспортно-импортная компания с таким названием, еще это другое название ляписа, он применяется в медицине.

– Противомикробное и прижигающее, – повторил Иван. – Второй смысл и аналогии не искали?

– В эту сторону тоже копнем, но позже, сейчас я уезжаю за границу.

– В Болгарию?

– В Лиапату.

– Есть такая страна?!

– Город. В Греции. Даже не город, а поселок, в разы меньше Тихомировска. Там проживает несколько наших соотечественников, а сам поселок считается туристическим местом. Движение интересующих меня людей идет в обе стороны.

– Что будешь делать?

– Сориентируюсь на месте, нужно понять, есть ли связь между путешественниками, городом, проживающими там нашими земляками и событиями в Тихомировске.

– Когда едешь?

– Машина заедет за мной через час, полечу ночным рейсом.

– А мне пора. Сначала в цветочный, затем… – Иван расплылся в блаженной улыбке.

Коляус оставался серьезным.

– Провожу, – сказал он.