Мужское счастье

После нескончаемой череды объятий и восторгов, что все кончилось хорошо и, главное, что все действительно кончилось, родителей и бабку с дедом забрал дядя Валера – Ивану хотелось побыть одному, и не только односельчан, но даже родителей видеть не хотелось.

Проживавший в Тихомировске армейский друг не знал о случившемся. Даброму Иван позвонил только из зала суда:

– Твори добро, бро.

Привычную в среде друзей Даброго фразу он сказал так, чтобы неударные «о» прозвучали как протяжные «а», выделенные иронично-«московской» интонацией: «Тваридабро».

– Водяной, итить тебя в тетькину титьку, ты, что ли?!

– Да, бро, я, бро.

Три друга – Иван, Дмитрий, Николай – между собой назывались Коляус, Дабрый и Водяной. Коляус вначале был Коляускасом из-за доставшейся от деда длинной прибалтийской фамилии, затем для простоты сократили. Дабрый – тоже по фамилии, по паспорту он был Дмитрий Дабров. Ивана прозвали по месту жительства. Ерничанье по поводу деревни Безводное продолжалось и в других прозвищах.

Водяным Иван стал для своих, но не дай Бог пошутил бы кто-то другой. Принцип «один за всех, и все за одного» работал безотказно, любому шутнику от троицы сослуживцев доставалось «на орехи» по самое не балуй.

Радость в голосе Даброго сменилась озабоченностью:

– Что-то случилось?

– Нет. Я тут по случаю в твоем Тихомировске оказался…

– Когда ждать?

– Могу хоть сейчас, но ты, наверное, на работе.

После службы Дабрый устроился в полицию, но долго не продержался, и вскоре после развода перешел в охранники – оплата выше, а нервов, ответственности и отчетности меньше.

– С ночевкой?

– Можно.

– Нужно! – В интонации приятеля чувствовалось что-то плутовское. – Подгребай сейчас же, я дома. И тебя ждет приятный сюрприз.

Сюрпризы Иван не любил, но Дабрый сказал «приятный сюрприз», а это могло быть чем угодно – от запотевшей бутылочки чего-то экстраординарного до пьяной вечеринки в самом разгаре.

По пути Иван увидел массовое помешательство и встретил любовь всей жизни. А теперь, после вырванного у судьбы свидания и прошедшего затем долгого допроса бабульками, он добрался, наконец, до первоначальной цели.